Ах, эта свадьба…

Некоторое время я жил один.

Вернее, поначалу мне так казалось.

Нет нужды объяснять здесь, почему я жил один. Жил — и всё. Меня устраивало моё существование в небольшой однокомнатной квартирке в тихом районе, с окнами, смотрящими на заросший, тенистый двор, где степенные бабули на скамейке судачили о мировых проблемах дворового масштаба, молодые мамаши выгуливали жизнерадостных карапузов, а бравые деды, как будто и не уходя домой ночевать, забивали козла. Козёл окончательно забиваться не хотел, то и дело превращался в рыбу, видимо пытаясь, таким образом, спастись от постоянных попыток лишить его живота.

Уклад жизни в этом дворе был вполне патриархальный, не менявшийся, похоже, со времён светлой памяти царя Алексея Михайловича и потому, видимо, не наблюдалось здесь вечно полупьяных, шатающихся из угла в угол, лиц неопределённого возраста, превыше всех занятий в жизни ценящих добывание в поте лица своего очередного стаканчика чего-нибудь покрепче воды, и громогласное обсуждение этого самого добывания, иллюстрированное для пущей наглядности размахиванием рук и падениями на землю.

Ну и то хорошо.

Плохо было другое. Вернее — непонятно.

Давно замечено, что в жизни периодически происходят события, что и не снились нашим мудрецам. Хотя большинство из них непонятны только потому, что мы либо не умеем, либо, что бывает гораздо чаще, не хотим разбираться в причине их непонятности. А порой нам просто некогда.

Вы никогда не чувствовали себя на донышке песочных часов?

На работе опять завал, поскольку грядёт очередная инспекционная проверка, но никак не удаётся занести все хвосты к назначенному сроку и приходится сидеть допоздна, дома назрела необходимость всё-таки вышвырнуть эту старую облупленную ванну и поставить новую, но этот подвиг тянет за собой замену всех труб, поскольку долго они не протянут, и так надоело постоянно устранять всякого рода течи и капанья… Совсем как в песне у Андрея Мисина:

А часы-то, оказывается — водяные. Клепсидра, в общем… И каплет это всё мне на голову, как в той древней восточной пытке.

Правда, вся эта нехватка времени — до поры, до времени. Извиняйте, ежели что не так. Каламбурить никогда не умел. А вот разобраться кое с чем — наверное, всё-таки надо.

С некоторых пор меня начало беспокоить, что кто-то ворует мой Интернет. Точнее, то самое распроклятое время, отпущенное добрым дядей-провайдером и оплаченное своими кровными, для доступа в сеть. И куда оно капает — вопрос очень и очень интересный.

Вскоре после того, как я обосновался в этой квартире, выбросив весь хлам, оставшийся от прежнего жильца и, оборудовав себе уголок с компьютером, весьма, кстати, уютненький, чего нельзя было сказать об остальной части моего обиталища, обнаружилась странная вещь. Мне всё чаще и чаще приходилось менять свои вещественно и приятно шуршащие бумажки на некие неощутимо-бесплотные единицы, называемые минутами и часами. Деньги — время. А время — деньги. Нет, я не настолько уж свихнулся на Интернете, вообще, компьютер для меня — рабочее оборудование, а Интернет — средство для добывания информации, необходимое для работы (деньги — время — деньги), но когда тебе необходимо порыться в разных запылённых чуланчиках, заросших паутиной, а время твоё истекло, и так неоднократно, то извините — это уже начинает раздражать. В первый раз я просто махнул рукой и забыл об этом, после третьего раза забыть уже не получилось, но — некогда, некогда…

В последний раз я просто не стал покупать очередную интернет-карту, поскольку уезжал в трёхдневную командировку, но мысль о том, что надо наконец-таки разобраться со всем этим безобразием, не выходила у меня из головы, и я решил, возвратившись домой, обязательно ликвидировать этот «странный изъян». Хватит махать рукой. А то отвалится.

Командировка прошла напряжённо и плодотворно, думать о всякой ерунде времени не было, но, сойдя с поезда, купив всё-таки карту на вокзале и с трудом поймав маршрутку, мысленно вернулся к своей маленькой проблеме.

Строя в голове хитроумные планы поимки наглого вора, я быстренько перебежал через двор, кивнув на все три стороны света молодым мамашам, степенным бабулям и бравым дедам, влетел через ступеньку на третий этаж, распахнул дверь, ворвался в квартиру — и обомлел…

В единственном уютном уголке, перед компьютером, сидел нечесаный парень неопределённого возраста, неуловимо на кого-то похожий, и с угрюмым выражением лица смотрел на вошедшего. То есть — на меня. От удивления я не нашёл ничего умнее, чем задать сакраментальный вопрос:

— Ты кто?

Ответ был менее сакраментальным, зато более неожиданным:

— Фёдор я.

Ну, слава Богу — не конь в пальто. И на том спасибо.

— Вижу, что не Фёкла.