Агрессор

След одинокой прогулочной яхты мои люди засекли во время "собачьей вахты". Меня не стали бы будить в честь такого события, случись это неподалеку от населенной планеты или на оживленной трассе, к примеру, Марс — Плутон, но это случилось в дальнем внеземелье, где прогулочным яхтам нечего было делать. Если только они не являлись полицейской приманкой для грабителей.

— Больше ничего не обнаружено? — спросил я, усаживаясь на свое место в ходовой рубке.

— Нет, — ответил Михаил Надыкто, капитан "Стремительного". Чуткие приборы фиксировали слабое остаточное искажение пространства, вызванное двигателями мелкого судна.

Наверняка приманка. Я легко представил себе, какой сейчас вид у ребят из отдела по охране правопорядка в космическом пространстве, в сети которых заплыла слишком крупная рыбина. Рвать их сети не входило в мои намерения, по части порядка в космосе я с полицией солидарен. Однако жизнь в космосе частенько преподносит разного рода сюрпризы, к тому же Адамсон, генеральный директор Управления по обеспечению галактической безопасности, дней десять назад пообещал на все Содружество, что возьмется за меня всерьез. Вспомнив это, я про себя усмехнулся. Все потуги УГБ решить проблему, которую я им создал, напоминали мне отдаленное жужжание комара. Другое дело, что эти люди могли помешать мне достичь наиболее простым путем конечную цель, если не к месту применят дипломатию.

А вот яхту не мешало бы проверить.

В эту ночь чуткие приборы "Стремительного" уловили сигнал из Кассиопеи, переданный по "червячным норам" в пространстве и потому распространявшийся почти мгновенно. Спустя несколько секунд был уловлен второй сигнал, тоже из Кассиопеи, но уже из другого источника. Подобные сигналы мы ловили нечасто. Ученые на Земле давно уже их расшифровали. Первый сигнал — просьба о помощи. Второй — ответ, что вызов принят и помощь придет. Кто-то неведомый людям заблудился в космическом пространстве, и кто-то такой же неведомый придет к ним на помощь. Подобные сигналы всегда приходили из соседних галактик и никогда — из нашей Галактики. Для нас они означали только то, что люди во Вселенной не одни. Другой практической ценности внеземные сигналы не представляли.

Иваненко из рубки связи оповестил о находке четыре крейсера, которые находились неподалеку, и мы пошли по следу. След оборвался после короткого прыжка в подпространстве, и яхта сразу появилась на дисплее радара в виде маленькой желтоватой капельки. Искажений пространства больше не было — двигатели суденышка бездействовали, зато теперь приборы улавливали чуть заметное гравитационное поле, означающее работу судовых гравитаторов. Вскоре мы увидели яхту в обзорных экранах. Суденышко никуда не направлялось, бесцельно дрейфуя в пустоте. Большей глупости от полицейских я и придумать не мог.

— Похоже, яхту выпотрошили грабители и бросили, — предположил Федор Иваненко, занимающий своей тушей половину рубки связи. Все рубки были связаны между собой коммуникациями, и разговоры велись, будто люди находились в одном помещении.

— Такую добычу не бросишь, — отозвался Надыкто. — Это яхта новейшего образца, класса "Парабола". Она недавно сошла с венерианского конвейера. На эту партию был ажиотажный спрос, богатые яхтсмены-любители разметали их на аукционе за сумасшедшие деньги.

— Не понимаю, зачем нужно угрохивать такие деньги на постройку судна, на его покупку? Задача транспорта — летать и быть надежным, что еще надо? — удивился Вадим Прыгунов в пилотажной рубке.

— Потому что жадность человеческая не имеет предела, — откликнулся Федор. — Хоть и говорят, что самые сильные чувства — любовь и ненависть, а все ж сильнее жадности нет ничего на свете. Жадности да еще зависти.

Прыгунов рассмеялся и добавил:

— А ведь верно! От зависти рождается ненависть. Страшные дела творятся именно от нее, от зависти.

— А жадность может убить какую угодно любовь, — глубокомысленно присовокупил Надыкто, не склонный, в общем-то, к философствованиям. Похоже, мои люди всерьез заскучали от бездействия.

Я молча рассматривал на экранах изображение встреченного объекта. Компьютер демонстрировал яхту во всех ракурсах. Яхта была рассчитана на четырех человек и без труда управлялась одним яхтсменом. Две пушки средней дальности и укрепленные борта делали ее непростым орешком для грабителей, даже для целой банды на нескольких кораблях.

— Предложи им стыковку, — указал я связисту.

— Вызывает линкор "Стремительный", — прострекотал эфир двойным голосом Иваненко.

— Ой, кто это? — откликнулись с яхты сонным женским голосом, и люди в рубке переглянулись.

— Протри иллюминаторы, болван, — буркнул Федор, отступая от общепринятого протокола.

— Что? — донеслось с яхты. — С кем я разговариваю? Где вы?

В рубке начали смеяться.

— Девушка, вы прямо как в телефонной будке. "Стремительный" на связи. Назовите себя, будьте добры.

— Яхта "Феникс".

— Наконец, — недовольно проговорил Надыкто.

На видеосвязь "Феникс" упорно не выходил.