Агент

Михаил Лапиков

Агент

01

Добрым словом и пистолетом можно добиться куда больше, чем одним только добрым словом.

Приписывается Аль Капоне

- Мы пришли, - серую монотонность стены разбавляли только уродливые наросты кондиционеров. Заметить столь же серую металлическую дверь с обязательным знаком качества, трафаретным кодом гражданской обороны и чуть высветленным прямоугольником контактной пластины замка на её фоне получалось только вблизи. Разительный контраст с пёстрой мешаниной прилавков кооператоров с дешёвыми тряпками, продавцов китайской лапши с их клейким соевым варевом и развалами дешёвых имплантов по соседству. Потроха города-шпиля РосВодоКонтроль мелкие торгаши заселяли столь же прилежно, сколь и опарыши - недельной давности труп в подворотне. Тем не менее, этого здания сторонились даже они.

- И что там, внутри? - коротко стриженый брюнет в дорогом чёрном костюме послушно стоял перед закрытой дверью, хотя его личный уровень допуска явно позволял не утруждать местную охрану предварительным звонком.

- Ойген Далт, - его спутница выглядела как школьница на экскурсии. На голову ниже и как минимум вдвое моложе, с радикально красной причёской и одной косой поверх едва намеченной груди, тем не менее, вела она себя так, словно имела право командовать. - Он тут хозяин.

- Тут - это в клубе? - мужчина задумчиво глянул на стену здания, будто мог разглядеть сквозь марево голографической рекламы над торговыми рядами, где та переходит в потолок жилого тоннеля.

- Тут, - раздражённо пояснила малявка, - это вообще тут. На три куба в любую сторону. Мы стоим в самом центре его уютного логова. Здесь он полагает себя в безопасности.

- Полагает, - уточнил мужчина.

- Временами ты бываешь удивительно смышлённым, - усмехнулась его спутница, - для бесталанного новичка.

- Насчёт бесталанного я бы попросил! - возмутился мужчина. - У меня огромное количество скрытых невостребованных достоинств!

- Пошли, Дым, - малявка одобрительно хлопнула его по спине. - Отыщем им применение!

На контрасте с кишащим людьми жилым тоннелем, клуб выглядел на удивление просторным - хотя простор этот целиком создавали зеркала и подсветка. В реальности, достаточно небольшой зал служил не более чем ширмой.

Недоказуемого возраста девочки и мальчики в рабочем минимуме одежды автоматически вскинулись с заученными раз и навсегда улыбками при виде новых гостей, но столь же поспешно сделали вид, что их занимают собственные неотложные дела.

Мужчина и его спутница невозмутимо прошли через торопливо освобождённое для них пространство, и остановились перед барной стойкой.

Хмурая блондинка с бульдожьей физиономией, медвежьим телосложением, жиденькими засаленными волосами и несколькими десятками кило лишнего веса неприветливо уставилась на пару чересчур хорошо одетых посетителей.

- Вам нажраться или потрахаться? - без лишних предисловий спросила она.

- Нам Далта, - потребовала малявка. - Быстро.

- У нас такого не подают, - женщина отставила в сторону хромированный шейкер. - Есть обычный набор, кислота и настоящая контушовка.

- Мне вполне хватит, если он придёт сам, - терпеливо продолжила малявка. - Ойген Далт. Твой хозяин. Иди, скажи ему, что тут Дита Фальке. Он в курсе. Хочешь здесь работать и дальше, сделай всё быстро!

- Как скажешь, сладенькая, - женщина невозмутимо повернулась и вразвалку направилась к дверям в подсобку.

Она ещё даже не успела уйти, когда Дита уже протянула руку через стойку, ухватила с хромированного постамента явно дорогую на вид бутылку с целой россыпью ярлыков и печатей на высоком горлышке, и одним движением свернула ей голову.

- Контушовка, - усмехнулась она. - Нашла идиотов! Дым, ты будешь?

- Нет, спасибо, - мужчина поморщился.

- Ну и зря, - Дита невозмутимо отпила глоток из горла. - Настоящее шотландское качество, не арнауты из сои бодяжили. Где ещё ты его так запросто попробуешь?

- Просто не люблю, - ответил Дым. - И потом, мы же вроде как на работе.

- Ах, да, - усмехнулась Дита. - Работа. И как я могла забыть. Ты не торопись. Далт свою жопу от кресла с первого раза без домкрата не поднимет.

Если Дита и преувеличивала - то лишь самую малость. В полутьме рабочего кабинета туша Ойгена Далта занимала весь угол кабинета целиком - словно тюлень на лежбище. Глубоко больной тюлень - поверхность трёхспального стола из настоящего дуба щедро покрывала россыпь ярких фантиков с логотипами комитета всемирного здравоохранения. Среди них одиноко возвышались гранёный стакан и початая бутылка скотча.

- Эй, Джин, - сотрудница клуба с бульдожьей физиономией остановилась почти у порога. - Там двое пришли, один в пиджаке дороже всего сегодняшнего меню, и мордашка свежая как попка младенца, только с реконструкции, а вторая - наглая малявка, будто с уроков сбежала, этажа так с трёхсотого...