Адвокат империи

У всех бывают плохие дни. Все порой оказываются не за тем столом и не с теми людьми. Я же прекрасным образом совместил обе эти крайности.

Широкий, покрытый зеленым сукном стол. Шесть человек, не считая крупье. И стойкое ощущение, что мне тут не рады.

— Поднимаю на пятьдесят, — наконец произнес я, отсчитав нужное количество фишек и сдвинув их в общую кучку в центре стола.

Моё заявление вызвало лёгкое шушуканье вокруг. Народ удивлён. Некоторые даже вполголоса ругались. А я сидел, спокойный и невозмутимый, как удав. И смотрел на своих противников. Четверо спасовали. Лишь последний всё никак не хотел сдаваться и продолжал улыбаться.

— Хорошая попытка, шкет, — прорычал сидящий почти напротив меня бородатый громила, закусив желтоватыми зубами кончик сигары. — Но в этот раз я на твой блеф не поведусь. Отвечаю. Твои пятьдесят. И ещё сто сверху.

Народ вокруг зашумел активнее. Общий размер банка уже почти перевалил за пятьсот тысяч рублей. Солидные деньги. Да что там! Огромные, если уж по чесноку.

— Молодой человек? — полюбопытствовал крупье, глядя прямо на меня. — Ваш ответ?

— Принимаю, — сказал я через пару секунд.

Толкнул почти все оставшиеся у меня фишки в центр стола. Единственное, что осталось, маленький пластиковый кружочек номиналом в пять тысяч рублей. Если я сейчас проиграю, то останусь не просто с пустыми карманами. О нет. Всё будет гораздо хуже.

— Открываемся, господа, — заявил крупье, выкладывая последнюю карту на стол.

Две восьмёрки. Валет червей. Шестерка треф. Крупье перевернул последнюю карту, и на стол легла семерка пик. Эмоциональная аура сидящего напротив меня громилы вспыхнула восторгом. Комбинация карт в его руках только что превратилась во что-то очень и очень удачное.

Этот гад оказался самым сильным противником за столом. Если уж на то пошло, то другие четверо ему и в подметки не годились. Ещё не приходилось мне встречать человека, который бы так качественно владел эмоциями. И я не про внешние проявления. Именно про сами эмоции, которые я очень и очень хорошо читал с помощью своих способностей.

И прямо сейчас он ликовал. Внутренне уже праздновал победу. Словно сигарный дым, вокруг него распространялась аура победителя.

— Прости парень, но, похоже, сегодня не твой день, — басовито рассмеялся он, небрежно кинув на стол пару семерок.

— Фулл хаус у господина, — чванливо сообщил крупье, тут же ловкими пальцами подставив карты под комбинацию.

А я… я позволил себе наконец расслабиться и улыбнуться. Перевернул лежавшую на столе передо мной пару карт.

Народ вокруг разразился возгласами. Две восьмёрки, что достались мне в самом начале партии и которые я так и не поменял. Слишком уж долго я планировал эту ловушку, чтобы всё так испортить.

— Каре, — заявил крупье, скинув карты бородача и подставив мои. — Четыре восьмёрки. Победа за молодым господином.

Зал вокруг меня взорвался криками. Люди приветствовали мою победу, как свою собственную, буквально утопив всё вокруг в радостных эмоциях.

Я позволил себе пару секунд насладиться этим ощущением, прежде чем вернуться к суровой и далеко не самой безопасной действительности.

— Он жульничал! — вскочив со стул заорал здоровяк, тыча в меня зажатой между пальцами сигарой. — Этот мелкий ушлёпок что-то сделал с картами! У него не может быть каре!

— Господин Даумов, за игрой велось наблюдение, — резко произнес стоящий за спиной крупье мужчина в костюме. — Никто и никогда не смог бы жульничать в нашем заведении. Всем прекрасно известно, какая участь ждёт того, кто попытается нарушить правила игры. Или вы хотите обвинить нас в том, что мы недобросовестно выполняем свою работу?

В последних словах прозвучала явная угроза. И действительно, никто и никогда не смел обвинять «Рапсодию» в том, что на её столах кто-то посмел мухлевать. Уж я-то знал это как никто другой. Провел «исследование», так сказать. Последнего идиота, который попытался провернуть подобное в этом заведении, нашли в Неве с камнем на шее.

А я, знаете ли, не особо радуюсь перспективе подобного заплыва. Было бы крайне глупо потратить таким образом свой второй «шанс».

И всё-таки я сделал именно то, в чём он меня обвинял. Только вот доказать он ничего не мог. И сам это понимал. Вон, смотрит на меня, словно убить готов. Да только здесь он бессилен.

— Ты победил! Саша! Ты выиграл! — заорали мне в ухо.

Виктор схватил меня за плечи и затряс в радостном возбуждении. Ещё бы. Я ведь выиграл полмиллиона рублей! Даже немного больше.

— Успокойся, — шикнул на друга. — И без тебя вижу.

— Как желаете получить выигрыш? — поинтересовался крупье, ловко выстраивая выигранные мною фишки ровными рядами.

— Крупными купюрами, — попросил я.

Хотелось бы, конечно, переводом на карту, но кто в здравом уме будет переводить такие деньги? Это вызовет вопросы у таких людей, с которыми встречаться никому не захочется. Так что оставалась только наличка. Но нас устроит и такой вариант.