Адепты Владыки

Сквозь сон я услышал, как кто-то насилует мой дверной звонок. И что им от меня нужно в воскресенье? Пошарив рукой под подушкой, я выудил из-под неё телефон. Восемь утра. Кто бы это ни был, у него нет никакого чувства такта. Не буду вставать. Пусть хоть палец себе об кнопку сотрёт.

Я отвернулся к стенке и укрылся одеялом. Но, похоже, сон полностью оставил меня. А люди за дверью всё продолжают и продолжают пытаться до меня дозвониться. Неужто им так хочется увидеть мою двухдневную щетину и услышать мой сиповатый голос? Ну что ж, не буду отказывать им в таком удовольствии.

Поднялся с кровати, натянул штаны с футболкой и поплёлся к двери. Мне даже уже стало интересно, кто это там такой терпеливый ко мне пришёл. Уже минут как десять трезвонят. И ведь они уверены, что я дома. Может коллекторы пришли? Да не, с чего бы им? Как они вообще смогли бы меня найти? Я тот кредит даже не на себя брал. А тот бомж, чьи документы я использовал, даже имени моего настоящего не знает. Тогда кто там пришёл? Родственников у меня нет, с соседями я особо не общаюсь. Коллеги по работе? Если бы им было от меня что-то нужно, то просто набрали бы на телефон. Но когда я смотрел время, пропущенные вызовы там отсутствовали. Ладно, сейчас всё узнаем.

Открыв две внутренние двери, я вышел в тамбур. Бр-р-р. Холодно. Надо было ещё в тапки влезть, а то, стоя на холодном кафеле босыми ногами, и простыть можно. Так я ж не долго. Сейчас выпровожу незваного гостя и вернусь обратно в тёплую квартиру, ступая по мягким коврам.

— Кто там?

— Не желаете ли поучаствовать в шоу? — с той стороны двери раздался приятный женский голос.

— Не желаю, — грубо ответил я и, развернувшись, собрался вернуться обратно в тёплый обитель.

— Такой шанс выпадает раз в жизни, — не сдавалась девушка.

— Значит, если я откажусь, вы сюда больше не придёте? — задал я вопрос и, не дожидаясь ответа, продолжил. — Тогда я отказываюсь.

— Наше шоу называется: «Стань бессмертным и обрети силу на службе у Владыки».

Последнюю фразу я еле разобрал, так как уже закрыл вторую дверь. Но услышанное заставило меня вновь вернуться в тамбур. Мысли метались по черепной коробке, пытаясь собрать весь пазл воедино.

«Не может быть. Это и правда случилось?» — думал я, в то время как мои руки уже открывали последнюю дверь.

На площадке стояла милая молодая девушка, слегка перевалившая двадцатилетний порог. По своему стилю одежды она мне напомнила секретаршу шефа. Светлая блузка, юбка до колен, туфли на небольшом каблуке. Милое личико и приятная улыбка довершали образ сотрудника по связям с общественностью. А огромная папка документов в маленьких ручках, говорила о том, что я не единственный кому делают такое предложение.

— Здравствуйте, — начала разговор девушка, слегка улыбнувшись.

— Здравствуйте, — всё ещё будучи в растерянности, ответил я. — Долго вы до меня шли.

— Шли не долго. А вот отбор кандидатов у нас не быстрый. Сами понимаете, вы не единственный желающий. Можно зайти?

— Конечно, — я распахнул дверь пошире и пропустил девушку мимо себя. — Проходите в большую комнату. По коридору и направо.

«Двушка» мне досталась от родителей, после их кончины. Смерть забрала их слишком рано. Отцу и полтинник стукнуть не успел, как его схватил сердечный приступ. Работа в тяжёлых условиях на заводе дала о себе знать. Он впал в кому, а через неделю и вовсе умер, так и не просыпаясь. И не помогли ему ни отказ от алкоголя и сигарет, ни правильное питание. Пару лет до этого у него уже был подобный случай, и собственно говоря, с тех пор он конкретно взялся за своё здоровье. Бегал по утрам, не ел жирного. К алкоголю даже во время застолий не прикасался. Мужик с железной волей и огромным желанием жить. Но судьба решила за него сама. С тех пор я стал верить в предначертанность событий гораздо сильнее, чем до этого. Как бы мой отец не старался, он не смог убежать от смерти. В тот день его лечащий врач сказал мне, что проблема заключалась в дефекте самого сердца.

— Наследственное, — это слово упало на меня таким грузом, что я еле на ногах устоял.

И после того как меня обследовали, выяснилось, что врач был абсолютно прав.

— Операции не подлежит. Поможет только полная замена сердца.

Как мне сказали, из-за того, что сердце имеет неправильную форму, ему приходится работать значительно интенсивнее. И после сорока лет сердечная мышца настолько изнашивается, что с каждым годом шанс смерти удваивается. Мне до сих пор сложно осознавать, что моя судьба предрешена. Но это ещё не конец истории.