Адам, Ева и самые настоящие марсианские зомби

Лука совершенно точно знал, что он остался последним. Единственный, неповторимый и уникальный представитель вымершего вида, человека разумного, на всей планете. Во всяком случае, здесь, на Марсе. На Земле, в глубоких бункерах и на паре десятках затерянных среди океанских просторов кораблей, ещё уцелели нескольких тысяч подобных ему, но дни пытавшихся выжить были сочтены и они об этом знали.

Всех остальных живых существ, а под «живыми» Лука подразумевал тех, кто мог двигаться, последний на Марсе человек делил на «мертвяков» и «мобов». Если одни приносили сплошные неприятности, то от других техник третьего разряда мог всё же ожидать определённой пользы. Количество «мобов», несмотря на все усилия, оставалось постоянным в силу того, что периодически какое-то из его творений преображалось в живого мертвеца. А вот зомби хватало с избытком. Многие тысячи учёных и переселенцев превратились в злобных и кровожадных тварей с серой кожей, и как бы Лука не старался уменьшить их количество, мертвяков всегда становилось, куда не посмотришь, в избытке. Среди поваленных ящиков технических хранилищ, в густой листве джунглей непомерно разросшихся деревьев и кустарников жилой зоны – всюду прятались зомби, ведя несколько лет подряд с чудом уцелевшим человеком смертельно опасную игру. Собственно говоря, вполне возможно именно Лука заставлял последние годы продолжать существовать сумрачной жизнью тысячи и тысячи жутких противников, даруя им надежду, стимулируя активную деятельность и тягу к определённому мыслительному процессу постоянно присутствующим запахом неразложившийся, аппетитной плоти. Кровь техника третьего разряда, циркулирующая с неизменным постоянством по венам и сосудам тела, заставляла мертвяков злобно скрежетать зубами и способствовала настоящему эволюционному прогрессу. Беснующиеся в соседних помещениях зомби постоянно развивались, изобретая всё новые и новые способы и решения, которые позволили бы им добраться до вожделенной плоти. Однако, как не пытались его хитроумные враги с порядком забродившими мозгами прорваться сквозь преграды и многочисленные ловушки, техник всегда оказывался на высоте и за долгие годы растянувшегося противостояния неизменно выходил победителем из многочисленных схваток. Одно время человек даже специально устраивал небольшие вылазки в наиболее опасные зоны и участки огромного марсианского города, состоящего из многочисленных жилых куполов и соединявших их переходов. Через какое-то время Лука, желавший пощекотать себе нервы, взял моду выходить на поле брани в окружении отрядов созданных им для эпических битв боевых «мобов» самой разнообразной конфигурации. Обычно такие встречи воинов техника третьего разряда с зомби оканчивались сокрушительными поражениями, которые добавляли к нежити ещё нескольких фантастических экземпляров совершенно невероятной формы, а Лука едва успевал спастись в защищённой от противника рукотворной крепости.

Впрочем, подобные маленькие развлечения были жизненно нужны технику для того, чтобы хоть ненадолго отвлечься от мучавших мыслей. Ностальгия по безвременно ушедшему прошлому не давала покоя. Постоянно с ноющей болью в районе сердца и терзающей в месте, где прячется душа, тоскою память извлекала из своих хранилищ одну за другой картинки, навсегда ушедшей в небытиё прежней жизни.

Лука очень хотел вернуться в то время.

И ещё желал поговорить хоть с одним разумным собеседником.

Как помнил техник, зараза появилась внезапно, в результате раскопок одного из древних марсианских кладбищ. Первые больные вызвали лёгкую толику недоумения, а потом эпидемия уничтожила всё, что так любил и ценил Лука. Хотя власти старались всячески скрыть информацию, но вскоре всем стало известно, откуда пришла угроза. Именно с Марса проникла она всюду, в каждый удалённый и слабо заселённый уголок всех Трёх Обитаемых Миров. Умники на Земле не поторопились объявить карантинной зоной Марс и Луну. Ведь им так хотелось получить сначала образцы, разобраться, с чем они имеют дело. А когда на Земле спохватились, оказалось, что поезд ушёл, что драгоценное время упущено, и ничто не может остановить победное шествие губительной эпидемии.