Абиом Биам

Где-то в бескрайней темноте и, по первому ощущению, в совершенной пустоте…

Куда ни погляди – повсюду чернота. Ни краёв, ни граней. Окажешься в ней и не поймёшь есть ли что-то вообще или вот так и выглядит абсолютный ноль. До какой-то поры так и было – ноль был абсолютен. Но вдруг, из ниоткуда, возникла искра и еле различимой пеленой, в переливах света, впорхнуло свободное сознание. Никому не принадлежащее. Никуда не спешащее. Чем-то напоминающее медузу в пучине океана. Расправив свою пелену, плыло в пустоте и осмысляло. Казалось плыть в безбрежности можно вечно. Но там, где возникает свет, появляются и видимые очертания того, что рядом. Являя своё присутствие, из тёмных толщ стали проступать витающие шарики, всё равно что планктон, маленькими точками окропили собой простор. Они прозрачны, в каждом что-то происходит: переливаются цвета, мигают вспышки, нечто зарождается и расщепляется, одно поедает другое. И в каждом шарике своя история, свои следствия возможных и невозможных причин. Взглянув поверхностно, может показаться, что все они примерно одинаковы. Но приглядевшись внимательней, понимаешь, что каждый шарик – это отдельный мир, и несмотря на внешние схожести, они до глубины различны. Это сны. Сны обитателей Вселенной. Для свободного сознания, недавно впорхнувшего в темноту, такие шарики – это двери в миры, в которых живут сновидцы. И если оно пожелает познакомиться с каким-либо из миров, то нужно просто войти в любой из снов и затем проснуться вместе с тем, кто его сновидит. Как раз это и пожелало свободное сознание. Одним из своих многомиллионных пальчиков, наугад коснулось витающего шарика и погрузилось в мир сновидца, одного из несчётных во Вселенной, и через его глаза стало наблюдать.

(Сновидец — человек, парень 14-ти лет, по имени Акио. Живёт на небольшой планете Абиом-биам, спутнике планеты-гиганта Суукл).

Глазами сновидца:

«Лечу. Оранжевое небо. Из космоса величественно нависает соседствующая планета Суукл. Она настолько велика, что из-за горизонта видна только её небольшая часть. Если вглядеться, то можно увидеть, плавно текущие обломки космических камней по её орбите, а за ними, будто застывшие, завихрения газовых облаков. Внизу Абиом-биам – мой дом. Редкие тучки поливают косыми дождями. Подумалось: «Красиво». Любопытство в лёгком пике увлекает вниз. Чем ближе к земле, тем ярче запахи жизни. Шелковисто лоснится трава, захотелось её коснуться. Опускаюсь к самым колоскам. На лету раскрываю ладонь и перебираю по ним касаниями.

И вновь вираж, но уже восходящий к небу. Набираю скорость, мчусь прямиком в стаю птиц, влетаю в неё и лечу вместе с ними. Они не обращают на меня внимания. Захотелось пощекотать одну. Вытягиваю руку к той, что справа и легонько так, пальцем между пёрышек – жульк-жульк. Птица заёрзала, повернула голову и улыбнулась. Я улыбнулся в ответ. Расправляю руки и отдаюсь на волю тёплых воздушных течений. Меня куда-то несёт, закручивает. Вдруг замечаю неимоверных размеров дерево, оно одно в открытой долине. Кажется, что под его кроной может устроиться целый город, настолько оно велико. Дерево переливается оттенками светящихся цветов. Плоды на ветвях похожи на яблоки. Одни просто тёплого, белого света и их большинство. Другие будто особенные: они разноцветные, яркие и пульсирующие. Такое диво пропустить нельзя. Лечу к нему. Чем ближе подлетаю, тем более явно осознаётся, что то, что вижу просто словом «дерево» не назовёшь, это нечто во всех смыслах переросло и преодолело его. Но не могу найти чего-то подходящего, слишком сложно звучит: «Явление высшей мудрости, великой любви и истинной доброты». Буду называть его «Древом».

Лечу в нескольких метрах от земли. Древо кажется не измеряемым глазом. Уходящий ввысь ствол скрывается за нагромождением ветвей, извилистыми и по виду несокрушимо крепкими, и протянулись они на такую даль, что если идти по ним пешком от начала и до конца, то, наверное, на это нужен хотя бы световой день, а может и больше. Свет материнской звезды сюда не проникает, но при этом нет густой тени. Свечение самого Древа разгоняет темноту. Листья щебечут в унисон красоте. Птичьи свирели звучат в такт с тишиной. Неисчерпаемая благодать заполонила собою всё. С ветвей ненавязчиво слетают созревшие плоды: тёпло-белого свечения и всецветные. Они не падают, а сами по себе улетают куда-то вдаль, плавно так, словно по волнам. «Куда вы, шарики?», – спрашиваю их вслед. А они мягко так отвечают: «В мир людей, чтобы стать с ними частью неотделимой…». Просто созерцаю как плоды разлетаются во все стороны, в селения людей: за горы и реки, за поля и озёра, болота и пустыни.