А боги там тихие

– Вы готовы, господин архимаг?

– Почти, ваша светлость, почти. Осталось принести жертвы и запитать состав Силой.

При словах о жертвах герцог поморщился. Это было единственное неприятное ему действо в предстоящем ритуале. К тому же запрещенное во всех цивилизованных землях.

Любой разумный, уличенный в применении темной магии смерти или пособничестве применившим ее, подлежал смерти. Независимо от титула или магического ранга. Суд над отступниками проводился в рекордно сжатые сроки и всегда заканчивался казнью. Герцог и сам однажды выносил такой приговор деревенской знахарке. Которая, скорее всего, была невиновна и просто мешала городскому целителю, выступавшему в качестве обвинителя. Но поступить по-другому герцог не мог: его не поняли бы собственные подданные, требовавшие крови ведьмы. Да и не задумывался он тогда об этом. Какое ему дело до какой-то там простолюдинки.

А вот сейчас он сам участвовал в настоящем темном ритуале, сколько бы архимаг ни доказывал обратного. По его словам, предстоящее жертвоприношение предназначено древним, давно забытым богам, которым поклонялись разумные многие тысячелетия назад, и не имело никакого отношения к современной темной магии, считаясь лишь платой за небольшую для них услугу. Сам герцог разницы не видел и сомневался, что она есть вообще, а не является лишь отговоркой. И именно поэтому принял все необходимые меры для сохранения предстоящего обряда в тайне. Что было не так-то просто, учитывая, что на данный момент здесь, в древнем заброшенном храме Всех Ветров, кроме него, архимага с учеником и предстоящих жертв находилось еще тридцать человек. И не простых людей, а хорошо вооруженных наемников, которые должны были обеспечить защиту от призванных, если что-то пойдет не так и не удастся прийти с ними к взаимопониманию.

Но это опять же, по словам архимага, маловероятно. Тысячелетия назад призванные служили древним королям и императорам. Бойцы из других миров, посвятившие свою жизнь войне, часто оказывались опорой трона и помогали правителю стать сильнейшим из существующих. Сколько в этом правды, герцог не знал, но позволил архимагу себя уговорить на поход к храму и последующий вызов. Слишком соблазнительной была мысль о власти. Сначала в своем королевстве, а потом и в паре-тройке соседних. Да и империя не так уж далеко. А король Чайсен, как и его окружение, по мнению герцога, не слишком заслуживает места на троне.

– Ваша светлость, пора начинать. Прикажите расставить воинов у порталов и выделите мне двоих, чтобы подтаскивали невольников. Мне кажется, что сами они не захотят ко мне подходить. – Архимаг Вертаз ухмыльнулся смешной, по его мнению, шутке.

Герцог, опять поморщившись, посмотрел на капитана наемников и кивнул. А тот в свою очередь начал отдавать команды бойцам. По десятку мечников выстроились у спуска к каждому из двух порталов, выставив перед собой щиты. Чуть в стороне, спиной к вратам храма, приготовились семь арбалетчиков. Два воина подошли к невольникам и вопросительно уставились на архимага, ожидая команды.

Сам архимаг находился у алтаря в противоположном от входа конце храма и что-то помешивал в золотой чаше, подогреваемой магическим огнем.

– Скажите, мессир, а чаша обязательно должна быть золотой? Это часть обряда? – спросил герцог.

– Что? – задумчиво переспросил архимаг, оторвав взгляд от странно выглядевшего варева. – А-а, нет, что вы. Просто я подумал, что для такого важного дела нужно самое лучшее. Все же предстоит обращаться к богам. Да и с призванными будет проще общаться, демонстрируя богатство даже в таких мелочах. Вы же не думаете, что они будут служить вам бесплатно.

– Конечно же нет. Я прекрасно понимаю, что с ними предстоит договариваться, – задумчиво пробормотал герцог. – Кстати, мессир, а как же мы с ними будем разговаривать? Или вы знаете их язык?

– Нет, ваша светлость. Их языка я знать не могу просто потому, что он у всех призванных разный, – язвительно проговорил архимаг. – Не забывайте, что они все будут из разных миров. А для того чтобы их понимать, и нужен девятый невольник. В обряде будут использованы его языковые навыки и сознание. Он толмач и знает помимо общего еще гномий и эльфийский. Думаю, что в будущем это им пригодится и не придется терять время для изучения. Что ж, господа, начнем!

Ну вот, кажется, и конец моей не такой уж и долгой жизни. Эта мысль не казалась мне странной или ужасной. Подсознательно я понимал это уже последние два дня. Два безумных дня погони по чертовым джунглям от чертовых аборигенов. Но сейчас она закончилась. Я имею в виду погоню, а не жизнь. Хотя и жизнь, скорее всего, тоже. В тупике, за поваленным стволом какого-то огромного дерева, меж двух непонятно как здесь оказавшихся валунов метров четырех в высоту.