7 великих комедий

Г-н Журден.

Г-жа Журден.

Люсиль – их дочь.

Клеонт – влюбленный в Люсиль.

Доримена – маркиза.

Дорант – граф, влюбленный в Доримену.

Николь – служанка Журдена.

Ковьель – слуга Клеонта.

Учитель музыки.

Его ученик.

Учитель танцев.

Учитель фехтования.

Учитель философии.

Портной.

Его ученик.

Первый слуга.

Второй слуга.

Действие происходит в Париже, в доме г-на Журдена.

Учитель музыки, его ученик (пишет ноты за столом, посреди сцены), певица, два певца, учитель танцев, танцовщики.

Учитель музыки(певице и певцам). Входите, входите! Можете отдохнуть, пока его нет…

Учитель танцев(танцовщикам). Вы тоже… вот сюда!

Учитель музыки(ученику). Готово?

Ученик. Да.

Учитель музыки. Покажи!.. Что хорошо, то хорошо!..

Учитель танцев. Новенькое что-нибудь?

Учитель музыки. Да. Я задал ему написать серенаду к тому времени, как наш проснется…

Учитель танцев. Можно взглянуть?

Учитель музыки. Да вот будем исполнять, так услышите. Ждать недолго!

Учитель танцев. Работы нам с вами теперь достаточно!

Учитель музыки. Верно! Находка для нас обоих! Спасибо господину Журдену за то, что взбрело ему в голову перекроить себя на благородный и светский лад… Хорошо стало бы и музыкантам, и танцорам, если бы всех такая же блажь одолела!..

Учитель танцев. Так ли?.. Я, с своей стороны, предпочел бы, чтобы этот господин побольше смыслил в том, чему мы его обучаем…

Учитель музыки. Смыслит-то он, правда, мало, зато платит много; а по нынешним временам нашему брату только это и нужно!..

Учитель танцев. Нет, я и славой не брезгаю… Рукоплескания – вещь, бесспорно, приятная; а возиться с дураками, тратить время и силы на то, чтобы пронять какого-нибудь тупицу, это, по-моему, сущая пытка для всякого художника… То ли дело работать на людей, способных почувствовать все тонкости искусства, умеющих оценить все красоты произведения и доставить несколько истинно отрадных минут вашему самолюбию! Уж против этого вы ничего не скажете… Да, только тот, чей труд верно понят и достойно поощрен, вправе считать себя вполне удовлетворенным и вознагражденным… Таков мой взгляд, по крайней мере… Громкие похвалы – что может быть слаще этого!

Учитель музыки. Я с вами согласен и сам не прочь от рукоплесканий… Пощекотать самолюбие, – отчего ж, но ведь этим сыт не будешь… От одних похвал проку мало; а вот если к ним присоединяется что-нибудь существенное, такое, что можно руками дать и руками взять, это похвала настоящая! О Журдене я, конечно, далеко не высокого мнения: ни знаний, ни способностей, ни вкуса – как есть ничего; но он так богат, что ему все простить можно… Художественное понимание у него в кошельке, а похвалы его из чистого золота… Во всяком случае, как вы и сами видите, от этого неуча мещанина нам с вами куда больше поживы, чем от того знатного барина, который ввел нас сюда…

Учитель танцев. В ваших словах есть доля правды; но, по-моему, вы уж слишком много придаете значения деньгам… Корысть – чувство настолько предосудительное, что порядочному человеку следует скрывать его… Учитель музыки. Однако денежки вам все-таки подай?!.

Учитель танцев. Само собой разумеется, но я не придаю им большого значения… Мне хотелось бы, чтобы господин Журден при его богатстве был хоть несколько потолковее…

Учитель музыки. Да и мне хотелось бы; ведь только над этим мы с вами и бьемся! Но так или иначе, он создает нам известность, другие за него будут нас расхваливать, а он за других будет нам платить…

Учитель танцев. Вот и он…

Те же, Журден (в халате и ночном колпаке), двое слуг.

Журден. Ну что ж, господа, за дело – раз, два, три!..

Учитель танцев. То есть как это «раз, два, три»?!.

Журден. Нуда это самое… как, бишь, оно у вас называется? Вокальный пролог, танцевальный диалог, так, что ли?..

Учитель танцев. Ага!

Учитель музыки. Мы готовы – приказывайте!

Журден. Вам пришлось подождать немного; но это оттого, что теперь я одеваюсь как знатные баре… А еще портной удружил мне: такие шелковые чулки прислал, что я насилу натянул их!

Учитель музыки. Не извольте беспокоиться!..