541-я

— А сейчас вы увидите то, зачем мы все с вами собственно здесь собрались! — с этими словами профессор Кобейн поправил съехавшие на нос очки в толстой роговой оправе и извлек на свет колбу с зеленоватой жидкостью, которая слегка флуоресцировала в свете ламп актового зала Академии всех наук.

Зал замер в ожидании. Профессор же кашлянул пару раз для солидности, считая, что этим нехитрым действом придает себе и своему открытию значимости, и продолжил:

— Господа! В этой колбе находится жидкость, которая позволит искоренить из наших рядов постыдный разврат, которым все больше и больше грешит современная молодежь. Институт брака и семьи практически разрушен. А нашей стране нужны крепкие ячейки общества, в которых будут рождаться воины, так необходимые для армии его величества. Нам нужны женщины, моральный облик которых будет кристально чист. И этому поможет мое изобретение!

Профессор обвел победным взглядом зал. Но ожидаемого им шквала аплодисментов не последовало. Слушатели знали, что профессор Кобейн часто перегибал палку, и в его лысеющей голове иногда мелькали совершенно бредовые идеи. Все затаились в ожидании. И лектору ничего не оставалось делать, как продолжить свой рассказ о чудо-эликсире.

— Это средство пронумерует любую женщину, если она хоть раз была замечена в порочной связи. И это не голые слова! — горящий взгляд профессора обвел зрителей.

— Я вам все сейчас докажу! — эти слова он произнес с максимальным вызовом, на который был только способен. Эти жалкие пофессоришки еще не доросли до понимания важности момента. — Мисс Муму!

В зале раздались неуверенные смешки. Кто-то представил, что может откликнуться на это странное имя. Но вопреки ожиданиям на сцену поднялась вполне прилично одетая женщина. Разве что подол ее юбки заканчивался несколько раньше, чем это было приписано модой и дворцовым этикетом, а вырез на скромной серой кофте был несколько глубже принятых норм. Поэтому ни у кого не осталось сомнения в профессии мисс.

— Мисс Муму согласилась помочь мне в демонстрации свойств моего эликсира. Я сумел убедить ее сойти с этого порочного круга разврата, поэтому она согласилась выпить его на ваших глазах и показать то, что проявиться на ее теле.

— И эта новая метка сделает ее еще более популярной и позволит зарабатывать еще больше денег! — кто-то выкрикнул из зала.

— Морейн, вами движет зависть! — огрызнулся профессор на оппонента.

— Тише ты! Дай посмотреть, чем все закончится! — шикнули на крикуна уже из зрительских рядов.

Тем временем профессор налил в бокал рубинового вина, краски которого красиво переливались сквозь тонкое стекло. Затем капнул в него немного чуда-средства. Весь напиток тут же приобрел зеленый оттенок и стал светиться. Но этот факт нисколько не смутил даму, и она выпила его одним залпом. Затем по-плебейски вытерла рот рукавом, широко улыбнувшись, неожиданно заявила:

— Кобейн, я отдала тебе свою невинность и душу! После этого ты просто должен на мне жениться!

— Мирра, ты же утверждала недалече, чем вчера, что первым у тебя был я! — раздался пьяный голос с гелерки.

— Господа, прошу тишины! — председатель уважаемого собрания постарался утихомирить разошедшихся слушателей, стуча молотком по столу. — Вы же уважаемые профессора и магистры Академии всех наук. И целью нашего сбора стало открытие профессора Кобейна, а не подсчет любовников мисс Муму!

— И что-то я не вижу изменений у мисс! Эликсир не подействовал? — раздался очередной вопрос.

Кобейн стоял красный как рак и очень злой.

— Мальчишки! — гневно выкрикнул он. — Ничего вы не понимаете! Нельзя, чтобы знак порока был виден постоянно. Это сломает жизнь тем жрицам любви, которые встанут на путь исправления.

С этими словами профессор включил магический светильник и направил его на женщину. В луче ультрафиолета у нее на щеке ярко проступила зеленоватая цифра 2. Она также флуоресцировала, как и сам напиток.

— А кто шел под номером один? — поинтересовался очередной слушатель.

— То была экспериментальная проба. Имя дамы под номером один останется тайной. Если она не будет заниматься блудом в течение пяти лет, то цифра исчезнет с ее тела.

Слушатели еще долго препирались насчет пользы или вреда данного изобретения. Но любому собранию когда-нибудь приходит конец. Так и не придя к единому мнению, профессора закончили собрание и стали расходиться. Кобейн также удалился, споря на ходу с Морейном о ценности эликсира.

— Слава триединому, все закончилось! — радостно выдохнул адепт академии, который дежурил у черного входа на сцену. Профессора не всегда расходились мирно, поэтому руководство учебного заведения обычно выставляло охрану в виде крепких старшекурсников, которые учились на факультете всевластия. Молодым людям было полезно уметь усмирять старших по возрасту и чину преподавателей. Это позволяло не тушеваться ни перед кем в будущем, но при этом в любой обстановке вести себя корректно, так как адептам все же предстояло сдавать экзамены и защищать диплом.