1894. Часть 3

В декабре 1894 года Гусев совершил чудовищную политическую ошибку, он захватил английский броненосец «Центурион». Экипаж во главе с вице-адмиралом сэром Эдмундом Фримантлом, убивший королеву, был объявлен пиратским, приговорен к смертной казни, но приведение приговора в исполнение отложено. Ершов отправился в США, чтобы успеть спасти банковские счета, собственность в предприятиях на территории Англии и Канады, и, самое главное, перехватить транспортник со второй партией пулеметов Максим. Приехав в США, Ершов первым делом отправил телеграмму в Канаду, он предупредил соотечественников о возможных неприятностях. Как только капиталы оказались в безопасности, а пулеметы исчезли из сферы досягаемости англичан, Николай нанял лоббистскую компанию, для противодействия анти гавайским решениям в США. В Лондон отправился Клячкин. Тот должен был максимально затормозить решение парламента о выделении средств для отправки английской эскадры на Гавайи. Продажные газетчики и редакторы журналов спешили изложить гавайскую версию событий.

На западном побережье США действовали вербовочные конторы. Когда полтора месяца назад Гусев начал формировать отряд для захвата Токио, ему показалось мало авантюристов, собравшихся в Шанхае. Ершов отдал в эти конторы заявку: набрать дополнительно 600 человек для экипажа броненосца. Главное внимание он уделил подбору 60 человек на две башни броненосца «Центурион»: два башенных командира, четыре лейтенанта-артиллериста, шесть кондукторов артиллеристов, четырех наводчиков орудий, и так далее, по штатному расписанию корабля, всего девятнадцать специальностей. Гусев понимал, что пройдет не один месяц, прежде чем броненосец сможет участвовать в бою, но ему нужно было пугало для англичан. Володя хотел, чтобы англичане не решились направить на Гавайи корабли Китайской станции, старые легкие крейсера и эсминцы.

Детективное агентство отслеживало все контакты леди Винтерс. Сабина не сделала ни единой попытки слить информацию англичанам, чем несказанно обрадовала Николая. Безумная неделя без сна и отдыха завершилась на русском пароходе, в канун православного Рождества. Только там выяснилось, что Сабина беременна. В Копенгагене леди Винтерс хотела покинула судно, ей нужно было вернуться в Лондон, чтобы срочно развестись с мужем. Ершов уговорил её не рисковать и оформить развод в посольстве, что гораздо дольше, но существенно безопаснее. В Петербурге Ершов не стал показываться на публике, всё свое время посвятив двигателю для самолета. Никто не догадывался о причине его затворничества, лишь слухи о безумной любви к Сабине, распускаемые Бузовым, превратили Николая в идеального семьянина.

Бузов свернул все работы по бензиновым двигателям в автомобилях, а по тем заказам, что уже были в работе, переоборудовал на те, что стояли в тракторах. Американским и европейским адвокатам был отдан приказ разорить судебными исками, даже себе в убыток, всех новоявленных изобретателей бензиновых и газолиновых моторов. С изобретателями электрических, дизельных и паровых двигателей, напротив, не судиться. Ершов отправил во Владивосток приказ прекратить выпуск катеров, переведя освободившиеся мощности на производство торпед.

Гусев прибыл в Шанхай, опережая новости по захвату броненосца минимум на две недели. Он понимал, что даже его появление вызовет подозрения у английских дипломатов. Пока англичане играют с губернатором в игры, изображая Китай независимой страной. Как только им станет нужно, они поставят губернатора на место. Именно они запретили ему воевать с Японией. Именно англичане не дают губернатору использовать Наньянский (южный) флот, который базируется здесь, в устье Янцзы, в войне с Японией. Семь крейсеров: «Наньчэнь», «Наньжуй», «Янбао», «Кайцзи», «Цысин», «Фучин» и «Фуцин» могли бы побороться с остатками японского флота после ухода в Токио крейсеров «Нанива» и «Ицукусима».

Гусев предпочел оставить истребитель на внешнем рейде, закрыв его со стороны берега арендованной джонкой. Другая, но крошечная джонка, отвезла Володю в порт. Казачья форма стала привычной в порту Шанхая, толстый слой грима закрыл ужасные шрамы, и Гусев прошел сквозь порт никем не замеченный.

Атаман встретил Володю радостно, но увидев его маскировку, насторожился.

— Флегонт Силыч! Пошли кого-нибудь за Болин Сюй. Только не нужно афишировать мой приезд, — приказал Гусев.

— Всё плохо? — спросил атаман, послав вестового в китайские казармы.

— Через две недели нас либо попросят из Шанхая, либо попробуют арестовать.

— Губернатор твой лучший друг!

— Англичане прикажут, он сделает, как миленький. Может, поторгуется для вида. Не знаю, — Гусев не стал звать служанку, сам налил себе старого, холодного чая, — У нас с британцами война. Они застрелили королеву, Вилкокс решил их всех повесить. Как пиратов. М-да. Я захватил броненосец и Вилкокс обещал мне, что будет ждать, не приводить приговор в исполнение. Тянем время.