15 суток

Надрывно кашляя, Леха захлопнул книгу. Ненавижу воду, билось в голове, ненавижу… еще инспектор, зараза, сидит, ухмыляется…

— Вы не имеете права, — выдавил наконец. — Я не обязан подыхать над каждой книгой…

— У автора все остались живы, — сообщил инспектор. — Ты выйди из активного режима и читай. Просто читай. Поскладывай буковки, вспомни первый класс.

— У вас есть ещё что-нибудь?

— Комиксов не держим. А нормальную книгу ты в активном режиме не пройдешь.

— Это почему?

— Почему? Да потому, что ты трус. И эгоист. Ты читаешь одни комиксы и умеешь только драться и убивать. Трах, бах, два ствола… и когда-нибудь, Леша Петров, ты убьешь по-настоящему. Легко и просто. И тогда будут 15 лет, а не 15 суток. Если не научишься читать другое и жить по-другому.

— Ну, вот и учите, — буркнул Леха. — Чему меня научит этот воздушный шар? Вы бы еще про каменный век мне книжку подсунули.

— Для тебя каменный век в самый раз. Ты сам, Петров, как из каменного века, тебе до нормального парня еще расти и расти. Иди, Петров, читай. Завтра дам другую. Про твои любимые звездные бойни, посмотрим, каким ты в ней будешь. — И кивнул менту в дверях: «уведите».

Камера походила на комнату в общаге: низкая мягкая кровать, стол, стул, санузел с душем. Электрический чайник, треснувшая кружка. Окно смотрит во двор: будка охраны у ворот, клумбы-лавочки-елочки… тоска! 15 суток одиночки — ни компа, ни музыки, только придурок-инспектор и долбаные книги! Классика, етить твою… раньше улицы мели, хоть прикольно было!

Леха швырнул книгу на подоконник, завалился на кровать и уставился в потолок. Не станет он читать! Назло.

— Вы же звездные войны обещали!

— Передумал. Конечно, про войны книг много написано. Хоть космические, хоть доисторические. Но ты уже навоевался в комиксах. Стрелять мастак, а вот спасать — не научился.

— А кого я должен был спасать? Глухой ночью?

— Что, кошек не любишь? Заснуть не мог, но за тем котенком все-таки не полез.

— За каким котенком? — Нет, инспектор — точно псих!

— Ну да, ты ж не читал… там сидел котенок за окном на карнизе. И мяукал. Всю ночь. А утром прыгнул за воробьем — и разбился.

— Да ладно вам, — сейчас он меня погонит воробьев спасать, подумал Леха. — Я вам таких кошаков на любой помойке отловлю, сколько закажете. Что я, должен был вместо него с верхотуры навернуться?

— Высоты боишься? — инспектор подался вперед и уперся в Леху пронзительным взглядом. У Лехи аж мурашки по спине пробежали.

— Н-нет…

— А герой рассказа боялся. Знаешь, несчастный случай в космосе… но за котенком вылез. — Инспектор поглядел на часы. — Так, вышло наше время. Что тебе дать почитать?

— Ничего не надо. У меня еще та книжка не дочитана.

— Как хочешь. До завтра, Петров.

Леха завалился на кровать, уставился в потолок. Ничего интересного на потолке не наблюдалось. Что самое противное — и завтракать (до инспектора), и обедать (после) пришлось в одиночестве. Словом не с кем перекинуться! Ну не издевательство?!

Читать Леха не собирался. Из принципа, назло придурку-инспектору. Ишь, придумал… спасай ему кошечек-собачек!

Но скука Леху доконала. Не вставая, он нашарил на подоконнике книгу, открыл наугад.

Леха бросил книгу и схватил чайник. Долго пил, давясь тепловатой водой, не в силах оторваться…

Ну ее на фиг, долбаную книгу с долбаным воздушным шаром! То вода, то пустыня! Черт с ним, с инспектором! Завтра надо взять что-нибудь другое.