13-й сын

Посвящаю Дарье

Укладывайся, родная, удобнее. Подушку взбил, одеяльце поправил, самое время слушать сказку. Есть у меня одна, с принцем-красавцем, как ты любишь…

В королевстве всё произошло, в далеком-далеком… Пусть оно не широкое, местами даже узкое, землей не обильное, лесом не богатое, реками да озёрами, честно говоря, скудненькое… Ну какое уж есть, и на том спасибо. Спасибо, что казна не пуста, что народ при работе, торгаши с наваром, а стражники при латах; спасибо, что зимой не очень холодно, а летом ни жарко, что в горах ветер, а в городах давка; спасибо, что пенька в цене, и моряки не разучились под парусом ходить, что весной по ночам соловьи поют, а летом жабы квакают; спасибо, что бабы рожают, а мужики сено косят…

За всё спасибо, - упомянутое и забытое.

А если имеется королевство, то должен быть и король. Вот он во всей красе, прошу любить и жаловать – Карболетт Х, в парике большом, при горностаях на плечах. Парчовый камзол золотом шитый, кружевным жабо украшенный, на ногах чулки тонкие в сеточку и башмаки с бляхами. Напудренный, напомаженный. Через грудь лента с орденом имени его, драгоценного. Пальцы в перстнях да кольцах. Ходит король, всем красавцам красавец, при скипетре тяжёлом, шпаге когда-то острой, при будничной короне - парадная-то в ларце заперта. Чтобы вороны столь ценную ценность грешным делом не утащили, по сторонам от хрустального короба два гренадёра стоят ростом под потолок.

Хорош король и хорошее королевство, а ко всей этой благости прилагаются подданные, да такие, что грех жаловаться. Слуги смышленые, но заумным видом монарха не смущают; расторопные – мух так ловко бьют – во дворце ни одной не сыщешь, а залетит, глупая, так за ней вся свита толпой носится, пока не прибьет; исполнительные – попросишь за кофеем сбегать, заодно и вишневой наливочки принесут.

Повезло нашему королю, со всех сторон повезло, а особенно с тыла. С семьей у него было честь по чести: супруга, королева матушка Изолетта, и дочурки-красавицы, три цветочка Селена, Целестина и Жульфинария. С ними много радости, но и забот хватает. Пока были маленькие, и горя не знали, а как подросли-и-и…

Рано или поздно девушке надо замуж выходить. Проблема небольшая, когда рано, а если наоборот?

Старшенькая принцесса, Селена, росла особнячком. В первых годках имела уж очень боевой характер, но когда она, как говорят придворные поэты, вошла в пору цветения, то остепенилась, успокоилась, стала задумчивой, тихой, бал-маскарадов избегала, шумной компании предпочитала умную книжку. Так продолжалось достаточно долго. Дошло до того, что папенька и маменька стали беспокоиться. Тем более, подрастают дочурки — средняя и младшенькая — и разговоры у них наоборот, не о науках скушных, а только о замужестве. Родители охают-ахают: «Какие вам женихи, когда мы ещё старшую не сосватали?!». А как же её сосватаешь, если Селена всё молчит да молчит, во дворце больше по пыльным кабинетам слоняется. В лес пойдет, то только с книжкой подмышкой или сачком — мотыльков да бабочек ловить. Фрейлины зовут на девичьи забавы, та отмахивается: всё Селене неинтересно, всё не радует. Придворные учителя говорят, что книжки, какие есть в дворцовых библиотеках, по несколько раз ею читаны, вот и скучает принцесса.

Однажды… Ох, люблю это слово…

Так вот, однажды в один солнечный теплый денёк, король застал своих младших дочек за любопытным занятием. Целестина и Жульфинария, вцепившись друг дружке в волосы, катались в бальной зале по паркету, крича: "Моё, нет, моё!". В пылу борьбы они потеряли записку, собственно, из-за которой и разгорелся шкандаль. Папенька, не обращая внимания на дочурок, поднял смятый листок, присел на подставленный слугой пуфик, и углубился в чтение. О, это был настоящий эпистолярный шедевр! Обороты: «умопомрачительная моя», «свет души моей», «услада снов», и прочие полезные в амурных делах красивости, наверное, должны были пролиться благодатным дождичком на юную девичью душу. Однако на сухенького старичка эти словесные вензельки оказали обратное действие. Король опечалился - бежит времечко-то, бежит…

Карболетт Х встал и, не обращая внимания на продолжающих волтузиться дочек, ушел в свои покои.

Утром король приказал созвать всех домашних. Младших дочек искать долго не пришлось. Ожидая разноса, они наряженные, причесанные и напомаженные уже сидели возле коридорчика, ведущего в тронную залу. Старшую нашли на чердаке, где принцесса через огромную оптическую трубу рассматривала облака и что-то записывала в пухленькую тетрадку. Узнав о том, что её ждёт отец, старшая сестрица недовольно закатила глазки, но послушалась, пошла.

Когда собрались все домашние и придворные, король объявил свою волю. В конце ближайшего месяца марта устроить в столице бал для женихов, поэтому…

Первое: написать и отправить приглашения во все концы света во все королевские семьи.

Второе: подготовить такой стол, чтобы накормить не только гостей и придворных, но чтобы простому народу хватило.