Муж и жена

Русского читателя этой книги ожидает сюрприз — знакомство с Уилки Коллинзом, совершенно ему не известным. Будет ли сюрприз очень приятным или просто приятным — это зависит от самого читателя и от того, каковы его требования к литературе. Те, кого в романах интересуют прежде всего «земли чужой язык и нравы», найдут здесь достаточно пищи для размышлений; те, кто превыше всего ценит занимательность и острую интригу, будут, видимо, чуть-чуть раздосадованы по той же причине — из-за обилия в тексте информационного, социологического и публицистического материала. В любом случае «Муж и жена» (1870) — неожиданный Коллинз, поскольку сложившийся у широкого читателя в Советском Союзе портрет этого английского писателя страдает однобокостью: автор увлекательных книг — и только. Да и предлагаемый роман, кстати, увлекательности отнюдь не лишен. Тут и напряженные конфликты, и живое действие, и непредвиденные осложнения в развитии событий, и роковое вмешательство случая, и горение страстей — как добрых, так и недобрых. Но помимо этого есть и многое другое, о чем будет сказано в свой черед.

Слава Коллинза-рассказчика «закреплена» в читающих поколениях двумя действительно замечательными книгами, и по сей день доставляющими читателям немалое удовольствие, — «Женщиной в белом» (1860) и «Лунным камнем» (1868). Первая заслуженно считается самым совершенным образцом английского «сенсационного романа» XIX века, второй — родоначальником несравненного британского детектива, а персонаж романа сыщик Кафф — предтечей целого ряда знаменитых расследователей, действующих с тех пор в английской литературе, от повестей и рассказов А. Конан Дойла до книг Ф. Д. Джеймс, наследницы Агаты Кристи. Это и вправду лучшие творения Коллинза, недаром Ч. Диккенс в своем предсмертном незавершенном романе «Тайна Эдвина Друда» пытался состязаться с создателем «Лунного камня» в искусстве хитросплетенного сюжета, а последний распорядился выбить на своем надгробии: «Уильям Уилки Коллинз. Автор «Женщины в белом» и других сочинений». Мнение писателей и читателей поддерживает литературная критика. Например, один из «отцов» современной критики, блистательный поэт Т. С. Элиот, написавший в 1928 году предисловие к изданию «Лунного камня» в серии «Классика мировой литературы», отнес этот роман наряду с «Женщиной в белом» и «Армадейлом» (1866) к лучшим книгам Коллинза. В разное время к двум каноническим романам присовокупляли также «Погребенную тайну» (1857), «Без имени» (1862), «Мужа и жену», «Несчастную миссис Финч» (1872), «Новую Магдалину» (1873). Можно видеть, что в истории Коллинз остался не двумя романами. Всего же он написал их двадцать три (последний вышел посмертно), а в придачу еще четыре сборника повестей и рассказов, биографию своего отца, преуспевавшего по тем временам живописца (с этого в 1848 году началась его литературная карьера), несколько пьес и ряд произведений, созданных совместно со старшим современником и другом — Чарлзом Диккенсом.

Далеко не все в наследии Коллинза выдержало проверку временем и сохранилось в читательском обиходе. Не говоря о других странах, и в Англии одни лишь специалисты-филологи помнят сегодня о его первом, историческом, романе «Антонина» (1850), благосклонно встреченном современниками, или о чреде так называемых поздних романов, издававшихся с середины 1870-х годов. Но мастерство крепко построенного сюжета оставалось с Коллинзом до конца. В духе своего времени он писал «романы с продолжением», которые сперва печатались частями на страницах журналов и альманахов и только после этого выходили отдельными изданиями. Так, выпускавшийся Диккенсом «Круглый год» украсили первопубликации «Без имени», «Женщины в белом» и «Лунного камня»; «Армадейл» поднял тираж «Корнхилла», а «Муж и жена» — «Журнала Касселла». Подобная практика предъявляла к писателям определенные требования, и Коллинз с ними успешно справлялся, что и было отмечено современной ему критикой. Анонимный рецензент, разбирая «Без имени» в журнале «Читатель» (03.01.1863), подчеркивал: «…отнюдь не малое достижение — построить сюжет, который чуть ли не год из недели в неделю посрамлял догадливость самых проницательных читателей романов, а развязкой своею всех привел в удивление…»