Звезды на утреннем небе

Мария,

Анна,

Лора,

Клара,

Александр,

Валентина,

Николай.

Крыша барака прохудилась, стены рассохлись. Сильный ветер медленно, со скрипом отводит дверь – на миг открывается на холмах далекая дорога. Возвращается мрак. Солнечная пыль сквозит сквозь щели, оживляя наглухо забитые досками окна и ряды старых, поржавевших коек. Вошла Валентина. Закрепила дверь, поставила на койку чемодан. Лора, с дорожной сумкой в руках, остановилась у входа, смотрит вдаль.

Лора. Что мне вам еще рассказать о себе? Жизнь полна неожиданностей… Не помните, у кого это? Кажется, у Вольтера. Далекие предки принадлежали когда-то к аристократическому роду. Мама из научной среды. Папа был очень красивый – смесь цыгана с югославом. Представьте маму: юная, светская, убегает из дома с жонглером.

Валентина. Опять забыла твое имя.

Лора. Мама нарекла меня Лоран.

Валентина. Лоран!

Лора. Дедушка звал Лариса… Близкие называют просто Лора.

Валентина. Близкие – это кто?

Лора. Те, кто недалеко.

Валентина. Остальные окликают тебя Лоран? Отчество хоть наше?

Лора. Папу звали Флориан.

Валентина. Лоран и Флориан! Так ты цветок душистых прерий… И запах от тебя… Не скажу как остальные, а пчелы на него полетят. Смотри, тут недалеко ульи стоят.

Лора. Диор. Возьмите несколько капель…

Валентина. Ну да! На меня уже только мухи летят. Вот явилась одна, как невеста золотая. (Отогнала муху.) С родителями живешь, Лоран?

Лора. Я же говорила. Вы не слушаете. Мама убежала из дома с жонглером. Родила меня в гастролях. Прислала бабушке.

Валентина(следя за полетом мухи). И что бабушка?

Лора. Бабушка жила с дедушкой – академиком медицины.

Валентина(поймала муху, поднесла кулак к уху). Стонет девушка – на волю просится! Артисткой была мать-то?

Лора. О-о! Она стала циркачкой! Сначала помогала жонглеру, потом дрессировщику. (Замолчала, борется со слезами.)

Валентина(улыбнулась). А потом?

Молчание.

Съели, что ли?

Лора. Мамочку растерзала тигрица. Папа прыгнул вниз со скалы. Он очень любил маму.

Валентина(резко). Назад!

Лора. Что? В чем, собственно, дело?

Валентина. Назад, сказано! Курить только во дворе. Здесь замечу – выселю немедленно, ни на что не посмотрю!

Лора. Я в постельке люблю затянуться натощак…

Валентина. Стели себе там, на воздухе, к бочке с песком поближе.

Лора. Суровые условия, хозяечка.

Валентина. Пожара мне здесь только не хватало. Стой у двери и кури.

Лора(закурила). Устала. Я ведь, тетенька, с дороги.

Валентина. Живешь где? Местожительство… какое?

Лора. Это забавная история. Профессорскую квартиру разделили родственники, когда дедушка умер. Мы с бабушкой поселились в Судаке… там я росла в мандариновом саду…

Валентина. Где цвели цветы запоздалые?

Лора. Бабушка умерла. Дачу оставили мне. Собственно, не дача, а вилла в два этажа, комната с видом на море. Приезжайте.

Валентина. Прописана в Судаке?

Лора. Да… Приехала погостить у подруги, у той самой… я вам говорила.

Валентина. Ясно.

Молчание.

Лора. Как сверху все хорошо видно! Красивый вид отсюда. Там что, река?

Валентина. Река.

Лора. Лес с грибами?

Валентина. И с ягодами… (Неожиданно громко.) Почему дверь была нараспашку?

Лора. Вы меня спрашиваете? (После паузы.) Необычная у вас манера общения…

Валентина. Работаешь, Лоран, или нет? Числишься где-нибудь?

Лора. Бабушка никогда не работала, поэтому дедушка сделал людям много хорошего.

Валентина. Что ты все про бабушку? Ты давай про себя. Специальность есть какая-нибудь?

Лора. Я люфт-эквилибристка. Люфт – значит «воздух». Меня бросают под куполом цирка. Я летаю. Вся, знаете ли, в красном, из рук в руки!

Валентина. Как переходящее знамя?

Лора. Вообще-то это грустно, что девушке надо самой думать о пропитании. Бабушка, бывало, возьмет на руки: «Лора, зачем женщине специальность, если она женщина? Человек рожден, чтобы украсить землю».

Валентина. Значит, украшаешь землю? Озеленяешь?