Звездочка

Открытая сцена у ресторана «Суллиден» в парке Скансен. Двадцать шестое июня две тысячи седьмого года. На часах без десяти восемь. Ведущий телевизионного музыкального шоу «Споем вместе» разогревает публику всеми любимым шлягером «Давай сбежим за город».

Когда смолкают последние аккорды, ассистент оператора просит родителей, которые посадили детей на плечи, спустить своих чад на землю, чтобы операторский кран не задел их, когда начнется съемка.

Небо светится синевой, а солнце зависло над горизонтом и слепит глаза. Молодежь, столпившуюся у ограждений, просят сделать несколько шагов назад, чтобы предотвратить давку. Через пять минут начнется прямой эфир музыкального шоу номер один в Швеции, и никто не должен пострадать.

Повседневные заботы отодвинуты на второй план, пока публика пребывает в этом оазисе спокойствия, на охрану которого брошены все мыслимые ресурсы. Здесь не место трагедиям.

Нельзя даже мысли допустить о том, что по окончании трансляции кто-нибудь будет вопить от ужаса и боли, а по земле и скамейкам разольется кровь, что на сцене и возле нее будут лежать трупы. Здесь не место для хаоса. Слишком много собралось народу. Атмосфера должна оставаться полной спокойствия и уюта.

Оркестр заиграл «Стокгольм в моем сердце», и весь зал дружно подпевает. Зрители подняли вверх руки и размахивают ими в такт. Многие снимают действие на камеры мобильных телефонов. Здесь царит удивительное ощущение единства. Еще пятнадцать минут, и все разлетится на осколки. Согласно тщательно продуманному плану.

А пока давайте споем вместе с ними. Ведь прежде чем мы вернемся сюда, нам предстоит неблизкий путь. Лишь после того, как путешествие смягчит наши сердца и мы будем готовы допустить мысль о невообразимом, мы с вами снова окажемся здесь.

Ну, смелей! Все вместе!

Осенью девяносто второго поговаривали, что леса будто взорвались от невероятного количества грибов. В конце лета погода стояла жаркая, и высокая влажность вкупе с теплом сделали свое дело, послужив детонатором для бесчисленных лисичек и ежовиков.

Старенький «вольво» Леннарта Сёдерстрёма свернул на лесную дорогу. На заднем сиденье, помимо большой корзины, валялась пара пластиковых пакетов. Авось пригодятся.

Из динамиков лился громогласный бас Кристера Шёгрена, солиста группы «Викинги»: «Хочу я подарить тебе десять тысяч роз…»

Леннарт с ухмылкой вторил припеву, пытаясь сымитировать манерное вибрато Шёгрена. Выходило недурно, практически не хуже оригинала. Вообще, Леннарт был даже посильнее Шёгрена в вокальном плане, но что толку? Сколько раз удача ускользала у него из-под носа, преподнося тот самый единственный шанс кому-то другому! А ему лишь оставалось глядеть вслед счастливчикам, поднимающимся на музыкальный олимп.

Как бы то ни было, а уж грибов-то набрать ему никто не помешает. Целую корзину лисичек — настоящего лесного золота! Дома он их слегка отварит, а потом набьет ими морозилку, чтобы хватило до следующего года, когда будут выкидывать рождественскую елку. Каждый божий вечер бутерброд с лисичками и стаканчик пива! Грибов в лесу должно быть навалом, ведь сначала несколько дней шли дожди, а накануне ярко светило солнце.

Леннарт знал тут каждый поворот. Зажмурившись от предвкушения и сжав покрепче руль, он продолжал напевать: «Оха-а-апку красных ро-о-оз…»

Открыв глаза, он вдруг увидел впереди на дороге что-то большое и черное. На мгновение блеск металла ослепил его, и Леннарт едва успел свернуть в сторону, как мимо промчался автомобиль. Бросив взгляд в зеркало заднего вида, он попытался разглядеть номер, но машина неслась со скоростью километров восемьдесят в час, не меньше, и за нею поднялось плотное облако пыли. Однако Леннарт был почти уверен, что это «БМВ», черный «БМВ» с тонированными стеклами.

Проехав еще метров триста до места, где он обычно оставлял машину, Леннарт заглушил двигатель и шумно выдохнул.

«Что за черт?»

В здешних краях редко встретишь автомобиль марки «БМВ», а уж если он мчится по лесной дороге с бешеной скоростью, так это вообще нечто из ряда вон выходящее. Леннарт заметно оживился. Когда на него неслась та жуткая махина, сердце сжалось, будто в ожидании смертельного удара, но потом оно снова заняло привычный объем и обрело прежний ритм. Настоящее маленькое приключение!