Звено выходит на цель

Капитан Сергеев поднялся задолго до солнца. Не каждый день и даже не каждый месяц выпадает его вертолетному звену участвовать на учениях с боевой стрельбой. Для летчиков – это суровая школа, для командира – ещё и суровый экзамен, и Сергееву хотелось ещё раз обдумать над картой предстоящее дело. Накануне вечером офицер штаба руководства учениями назвал две возможные зоны штурмовки, но это не значило, что утром не будет назначена третья. Быстрая и неожиданная смена обстановки – свойство современного боя, а на учениях следуют его законам…

Рассветы в горах наступают медленно. Ночью стоял легкий мороз, и рассвет занимался ясный, лимонно-прозрачный. Считай, повезло, хотя в далеких ложбинах гор угадывался туман. Если с восходом солнца он потечет вниз, в долины, будет худо… Замаскированные машины стояли по краям взлетной площадки, чуть поодаль в палатках спали летчики и техники. Увидев командира звена, дежурный озабоченно спросил:

– Поднимать людей?

– Поднимите, как было указано, через полчаса. Пусть досыпают, работка предстоит непростая.

– Да, уж на здешнем полигоне не развернешься, – сочувственно кивнул дежурный…

На первый взгляд предстоящая задача выглядела несложной: перехватить подвижный отряд «противника» в долине, глубоко прорезающей горы. Сбиться с маршрута, проглядеть цель здесь невозможно. Но учения подчиняются законам войны, и сработать по-фронтовому, заслужить высокую оценку вертолетчикам будет нелегко. «Противник», конечно, имеет в голове колонны сильное зенитное прикрытие, услышав вертолеты на подходе, он встретит их жесточайшим огнем. Поэтому старший начальник приурочил огневую атаку вертолетчиков к моменту удара по цели истребителей-бомбардировщиков. И тут успех зависит от умелого взаимодействия, точного командирского расчета. Звено должно появиться над целью сразу, как только самолеты нанесут удар, пока «противник» не опомнился. И конечно, надо сразу обнаружить и подавить уцелевшие зенитные средства – вот тогда останется только довершить его разгром. Но это непросто даже на равнине, а тем более – в горах…

Оставались последние минуты перед подъемом – последние минуты тишины у подножия этого дикого отрога. Уже достаточно хорошо рассвело. Сложив карту, Сергеев прошел на край взлетной площадки, огляделся. Угрюмые, голые хребты вдали и вблизи, серые щебнистые осыпи на склонах, серые валуны в распадках. Марсианский пейзаж… Сергееву стало даже не по себе – вспомнились чьи-то странные стихи о космолетчике, который через годы воротился на землю и увидел её сожженной ядерным огнем. Вся земля – громадный мертвый камень, летящий в пространстве среди таких же мертвых камней и мертвящего огня звезд.

За спиной раздались оживленные голоса, и Сергеев, отряхнув наваждение, оборотился к летчикам, которые выскакивали из палатки, с шутками и смехом делали разминку. Ну, уж нет! Какие бы злобные ястребы войны ни водились ещё на земле, эти парни сумеют обломать им когти и свою землю никому не отдадут на растерзание. Один только старший лейтенант Астахов чего стоит! Сергеев припомнил, как однажды потребовалось вылететь в ночь и дождь, а потом садиться на неосвещенную площадку. Астахов вызвался полететь и выполнил задание лучшим образом. А лейтенант Черниченко!… На охоте в горах его товарищ подвернул ногу. Конечно, можно было устроить его в укрытии и сходить в ближний поселок за помощью. Нет – взял друга на свои могучие плечи и десять километров тащил по кручам. Он, командир, достаточно знал боевые качества летчиков этого звена, их преданность своей профессии, увлеченность боевой работой, которая для них – суровый и прекрасный праздник. Сегодня он надеялся на них так же, как на себя, и оттого рядом с тревогой в душе росло чувство подъема…

Следя за молодыми летчиками, Сергеев вспомнил вдруг: послезавтра у сынишки день рождения. Он родился перед Новым годом, и в день его рождения Сергеев старался пораньше управиться со служебными делами. Сын ждал его с нетерпением – вечером наряжали елку, и это для мальчишки дороже подарков. Они священнодействовали вдвоем, стараясь поспеть к урочному часу, чтобы гирлянды елочных огней вспыхнули в тот самый момент, когда с работы вернется мама… В жизни сына это бывали, наверное, самые счастливые минуты. Да, пожалуй, и в жизни капитана Сергеева.