Золотой век человечества – что было, то и будет. Психологическое исследование

К началу ХХI века былые надежды людей на возможность безопасной и благополучной жизни в настоящем и еще более благополучной в будущем практически рухнули. Общая напряженность и страдательность жизни неуклонно нарастают. Убеждение в стремительном скатывании человеческой цивилизации к критическому порогу становится почти общепризнанным. Земляне теряют веру в лучшее будущее и тревожатся лишь о том, как бы не стало хуже. Нынче почти нет былых радужных надежд, но много мрачных ожиданий и тупиковых прогнозов. Все острее ощущение, что в деле накопления неразрешимых общечеловеческих проблем близок предел и мы уже живем в преддверии глобальной катастрофы.

Кризисное состояние становится перманентной нормой жизни. Кризисы уже не только в практической деятельности людей – экономике, политике… Они потрясают нечто глубинное, фундаментальное, то, что является основанием современной цивилизации. Налицо кризис идеи прогресса, кризис веры в науку и «грядущую неизбежность торжества разума», кризис морали, кризис права и веры в возможность равенства людей перед законом, кризис западного рационализма в целом. Впору говорить о наличии системного кризиса цивилизации. Кризисное состояние уже видится неизлечимым, привычные взгляды на происходящее ничего не объясняют, а традиционные рецепты выздоровления не приносят.

Становится очевидным, что дальнейшее движение по накатанному руслу ничего спасительного дать не способно, возможно только ухудшение ситуации. Мир явно заблудился.

В недалеком прошлом, когда люди еще не имели возможности знать «все обо всех», оставалась вера, что где-то, при других социальных условиях, есть (значит, возможна и у нас!) лучшая жизнь. В глобальном мире таких иллюзий уже нет. Невольно приходится искать причины непреходящей безысходности не в слабости отдельных вариантов организации жизни, а в ущербности цивилизации в целом, некоем изначально заложенном просчете жизненного обустройства человечества.

Глобальные кризисы первых десятилетий ХХI века как никогда обострили вопрос об адекватности самих основ цивилизованного бытия с его ставками на внешние, материально-технические достижения, приоритетное решение финансово-экономических и общесоциальных вопросов – без понимания глубин и высот душевной жизни человека, при равнодушии к тому, что происходит в его внутреннем мире.

Как всегда в кризисных ситуациях, обостряется потребность получить ответы на самые принципиальные для жизни вопросы. Зачем мы приходим в этот мир? Для того, чтобы враждовать, демонстрировать силу, истрачивать себя в конкурентной борьбе, испытывать страдания и боль? Или жить как-то иначе? Рациональный проект развития человечества оправдал себя или показал свою полную бесперспективность? Куда мы идем по пути, который, по сути, указал нашим библейским прародителям искуситель?

Ответы на эти вопросы необходимо найти, и как можно быстрее. Ибо, подобно всем некогда процветавшим, а затем в одночасье рухнувшим цивилизациям, наш глобальный мир тоже стремительно движется к тому состоянию, которое можно назвать «окаянным» и которое всегда предваряло глобальную катастрофу.

Если необходимы радикальные перемены, то в какую сторону? Что может спасти нас: дальнейшее наращивание прогресса на пути в будущее или возвращение, пусть на новом уровне, к чему-то забытому нами в прошлом, к тому, что было?

В деле построения «счастливого будущего» за прошедшие столетия мы, пожалуй, опробовали все возможные его варианты. И теперь готовы признать: впереди надеяться не на что. Все выборы и перевыборы, перестройки, модернизации, реформы и даже «великие революции» ничего, по сути, не меняли и, видимо, изменить не способны. Преобразования в рамках изначально усвоенных цивилизационных ценностей кардинально улучшить ситуацию не могут.

Хозяевам мира сего остается ужесточать порядок и контроль над поведением и мыслями людей при настойчивом навязывании им иллюзии довольства жизнью и представления, что все идет правильно, «жить становится легче, жить становится веселей». Иного, мол, и желать не нужно. Но это – последний аргумент в деле спасения любой системы, за ним уже ничего нет, и он не может быть действенным длительное время.