Золотое солнце моей души

Посвящается Пуху и всем,

кто любил нас, любит

и будет любить

бескорыстно

У вас никогда не было собаки? Мне вас жаль, честное слово, потому что рядом с вами никогда не было самого бескорыстного, преданного и честного существа. Хотя признаю, что любое животное, которому вы по-настоящему отдадите своё сердце, отплатит вам беззаветной любовью.

Я не люблю праздники, особенно когда в небе расцветают салюты, фейерверки и те люди, у которых есть собаки, меня поймут. Это настоящий кошмар для собачника, потому что именно в этот момент наши меньшие братья пугаются, убегают, теряются… Разыскать их довольно сложно, но поняв, что, к счастью, собаку, мечущуюся от страха, не сбила машина, в действие вступает известный алгоритм: написать и расклеить объявления, оповестить всех, кто, как и вы, гуляет в парке со своим питомцем, методично просматривать сайты в интеренете о пропавших и найденных собаках, обходить окрестности, и ехать на Птичку, где вашего малыша могут запросто продавать по сходной цене. Рынок давно перенесли и название новое, но старое как-то роднее.

***

Когда потерялась красотка Мегги, Пуху было уже девять месяцев отроду и его привозили на рынок, чтобы найти хозяев, которые понимают, что этот сладкий пуховой медвежонок совсем не игрушка, а гордый и знающий себе цену щенок кавказской овчарки.

Он ненавидел машину и эти смотрины. Чаще всего, умильно сюсюкая, останавливались возле детских манежиков с маленькими щенками-глупышами, которые не грозили вырасти до больших размеров, поэтому он перестал обращать внимание на людей. Они и сами не знают, что хотят.

Тоскливо ждать выберут – не выберут. За городом, где он появился на свет, сейчас белый снег и тишина, там ждут его братья, сестрички и мама. Рвануть бы со всех моих щенячьих лап к ним, возиться, играя, или уткнуться в тёплый мамин бок, как раньше. Зачем меня сюда возят, неужели я и мои братья с сёстрами не нравимся хозяевам? Мы послушные и не хотим их огорчать, а нас то по одному, то парой возят по тряской дороге на машине в это неуютное место вновь и вновь. Город пугает серостью, суетой, одновременно резкими и противными запахами, но хозяев подводить нельзя, и он терпеливо сидит на этом базаре. Мимо проходит безликая череда любителей просто поглазеть или купить дитяти милую живую игрушку, которую, когда она надоест, можно выбросить за ненадобностью. Хорошо, что таких он не интересует. Есть и другие, что следуют моде: год йоркширов, год померанцевых шпицев, год бассетов или биглей… Но живой аксессуар быстро устаревает. Кому-то повезёт: малыш попадёт в дом, где его будут любить и баловать хозяева, не понимающие, что под шкуркой чихуахуа бьётся сердце не комнатной собачки, а настоящего льва в миниатюре, готового за них отдать жизнь. Кому-то не удастся вытянуть счастливый билет. Они пополнят питомники или будут переходить из рук в руки, так и не обретя своего дома. А то и вовсе станут бродить по улицам и переулкам города, пугая прохожих, мечтающих избавиться от этого немого укора их беспечности и жестокости. Крупным собакам может выпасть карта казённый дом с цепью или загородный особняк с вольером. А так хочется хозяина-друга, но их таких на всех не хватает. Вот этот пахнет чем-то родным, но и он прошёл мимо. Видно, не судьба… Я смотрю ему вслед, не мигая, вдруг передумает, вернётся. Не оглянулся, не вернулся… Значит, мои мытарства ещё не окончены.

***