Золотая заря любви

На деревенской улице собралась большая толпа — всем хотелось посмотреть, как шаферы жениха вынесут матрас для брачной постели и потащат его по улице под песни и непристойные шутки. Потом подружки невесты украсят матрас лентами и положат на него младенца. Этот веселый ритуал был связан с пожеланиями продолжения рода. В семье должны родиться дети, и непременно мальчики. Девочки — обуза для родителей: ведь для них нужно копить приданое.

— Ты следующая! — Спирос наклонился к Геро и громко рассмеялся. Девушка вздрогнула и побледнела. — Ты ведь скоро выйдешь за Такиса.

— Но я англичанка! — возмущенно воскликнула девушка, стиснув кулаки. — Меня нельзя насильно выдавать замуж!

— А куда ты денешься? Твой опекун — киприот, и ты должна подчиняться здешним обычаям. К тому же ты сирота, у тебя нет приданого. Радуйся, что тебе нашли мужа. Если нет своего дома, замуж не выйдешь — таков на Кипре обычай. Бесприданница так и останется старой девой!

— Эй, Геро! Скоро понесут твою постель…

— Я не выйду за деревенщину!

— Тише, Геро, тише. — К ним подошел мясник Янис. — Если Петрос услышит, тебе несдобровать. Твой опекун рад, что Такис берет тебя в жены без приданого. Ты же знаешь — родители парня не в восторге от предстоящего брака. Они согласились взять тебя в дом только потому, что они уже стары и за ними некому ухаживать. После свадьбы это будешь делать ты.

— Пусть Петрос и мой опекун, но он не может выдать меня замуж силком.

— Тебя уже просватали. Ты же знаешь, помолвку нельзя разорвать. Так что деваться тебе некуда.

— Я — англичанка! — Голос Геро дрожал от негодования, но она уже знала, что никакой надежды у нее нет. Всего неделя… Только чудо может ее спасти! — Меня просватали без моего согласия.

Молодежь на улице продолжала петь и танцевать, вздымая матрас над головами. Бедняжка Исмена. Она мечтала выйти замуж за Одиссея, но тот женился на другой — отец Исмены не смог дать за дочерью богатого приданого. И вот завтра несчастная Исмена во главе веселой процессии войдет в церковь, чтобы стать женой нелюбимого.

— Петросу не надо было брать тебя в свою семью, Геро, — заметил Янис. — Ведь его отец был тебе очень дальним родственником. Но старик умер вскоре после твоего приезда сюда. Петрос по доброте душевной принял тебя в семью. Ты должна благодарить его, а вместо этого ты идешь наперекор.

— Лучше бы меня оставили в Англии!

— У тебя же там никого нет. Ты бы попала в приют.

Продолжать разговор не было смысла. Геро повернулась и пошла в кофейню Микиса. Там как обычно было много местных мужчин. Они пили вино и играли в карты. У стойки сидела совсем иная публика — почти все места были заняты иностранцами. Англичане только недавно открыли для себя поселок Сент-Джон и стали быстро осваивать здешние места. Геро проскользнула за стойку, Микис улыбнулся ей, но девушка не ответила. Хозяин кофейни был высоким, загорелым, добродушным. С появлением иностранцев его заведение превратилось в своеобразный клуб и начало процветать. Сюда заходили выпить вина, здесь устраивали деловые встречи и веселые пирушки.

— Нет ли писем для меня? — Геро смотрела на Микиса с надеждой, но тот покачал головой.

— Никто не любит тебя, Геро… В Англии, я хотел сказать, — добавил он, заметив вошедшего в кофейню Такиса. Тот искоса глянул на свою невесту, купил пачку сигарет и поспешил на улицу, где продолжалось веселье.

Взяв с полки стакан, Геро налила из-под крана воды. Она пила воду и разглядывала посетителей, когда ее внимание привлек радостный возглас Микиса:

— Добрый день, господин Дамиан! Чем могу служить? Вы еще не знакомы с этими господами? — Микис стал знакомить вошедшего с посетителями. А Геро не могла оторвать взгляд от незнакомого мужчины, пытаясь угадать, кто он такой.

— Вы грек? — Женщина с собачкой улыбнулась незнакомцу. — Из Афин?

Мужчина выпил бокал охлажденного вина.

— Нет, не из Афин, — коротко ответил он, поставив бокал на стойку.

Геро по-прежнему пристально смотрела на незнакомца. Он почувствовал взгляд девушки и взглянул в ее сторону. Смутившись, Геро опустила голову. Ее все еще мучила жажда, она опять потянулась к крану с водой, но при этом случайно задела сидевшую у стойки женщину.

— Какая неуклюжая! — воскликнула та. — Микис, кто эта девочка? Меня она давно интересует. Она, очевидно, киприотка, хотя выглядит типичной англичанкой.

— Она — не киприотка. Геро приехала сюда из Англии пять лет назад, тогда ей было двенадцать лет.

— Как интересно! А почему она ходит босиком?

«Какая невоспитанная женщина, — подумала Геро. — Разве можно задавать такие бестактные вопросы?»

— Геро очень бедна, у нее нет денег даже на обувь.

Ноги девушки были в пыли, подол юбки обтрепался, джемпер местами проела моль. К тому же одежда была измята, поскольку по ночам служила ей вместо подушки. Геро перевела взгляд на темноволосого незнакомца, невольно сравнивая его одежду со своей. Прекрасно пошитый светло-серый костюм, шелковая рубашка, красивый галстук…