Золотая чешуя, синие глаза... (СИ)

Золотая чешуя, синие глаза...

Котикова Мария

  Ярким золотом горела его чешуя, переливаясь на солнце радугой от гребня до кончика остроконечного хвоста, такого же смертоносного, как и могучие лапы с алмазными когтями, на которых покоилась увенчанная рогами голова. Золотые глаза с вертикальными черно-зелеными зрачками задумчиво смотрели из-под прикрытых век на синее, кое-где уже тронутое предрассветным голубым, небо. Из ноздрей вырывались клубы пара, тая в холодном осеннем воздухе мифическими фигурами. Такими же, как и он сам.

  Он был Драконом. Золотым, как осенние березовые листья, насквозь пронизанные уже почти по-зимнему холодным солнцем. Мудрым, ибо перед его взором проносились века. Он видел, как на месте когда-то маленьких и невзрачных деревень вырастали огромные города, чтобы потом превратиться в пыль времен, что разносит по земле вечный ветер-бродяга. Страшным... Да, для людей он был именно страшным чудовищем без души и сердца. Впрочем, не для них одних. А еще... Еще он был до безумия одиноким. Его боялись и ненавидели, за его голову назначали баснословные цены, его проклинали. Он привык и не ждал от людей ничего другого... Он знал, что для них предать не значит ровным счетом ничего...

  Но Жизнь, прекрасная, ужасная, великая, решила внести свои коррективы.... И однажды привела к его пещере, а надо сказать, что она была глубоко в горных лесах, и обычным людям было почти невозможно найти ее, маленькую, лет девяти, ясноокую девочку. Из деревенских. В обычном голубом сарафане и лаптях. С веснушками и чуть вздернутым носиком. Обыкновенную. Как и все люди. Насквозь промокшую из-за идущего с утра дождя. В общем, ничего интересного или примечательного. Хотя...

  - З-здравы будьте, дяденька Дракон... Можно мне у вас... дождик... переждать...

  А в синих глазах невинность плескалась море-окияном. Ну, кто еще кроме маленькой девочки, станет разговаривать с огромным страшным драконом? Которому тебя съесть совсем ничего не стоит? Да еще назвать дяденькой...

  Вот и Дракон удивленно открыл глаза, а удивить дракона не так-то просто, можете мне поверить!

  А девочка, приняв молчание за согласие, уселась на камушек, поправила платье, посмотрела на затянутое серыми низкими облаками небо, потеребила ленточку в косе...

  Дракон с иронией наблюдал за ее метаниями. Решится - не решится? Хоть какое-то развлечение среди череды этих скучных ленивых дней...

  - Дяденька Дракон, а вы говорить можете? Молчите... А Влад из соседней деревни говорил, что можете, вот. А еще, что в человека превращаться умеете. Но с чешуей. И крыльями. Большими-большими. А еще, что принцесс похищаете... И едите их. Но я в это не верю. Вы, ведь, правда не едите людей? А мальчишки говорят, что драконы злые-презлые...

  А она говорила, говорила, говорила. Ее голос звенел и журчал, как кристально чистый ручей со студеной водою. И незаметно убаюкал его лучше любой колыбельной. И отошли на второй план грустные мысли, и несправедливость людей, и ледяными тисками сковавшее сердце одиночество. Хорошо...

  - А можно мне вас погладить?

  И прежде чем он сумел хоть как-то отреагировать на вопрос, его носа коснулась маленькая детская ладошка. А в глазах гостьи сияли восторгом все звезды небосклона и казалось, что весь мир находится на дне этих глаз...

  А утром она ушла. Отчаянно маша рукой и обещая еще заходить, и принести чего-нибудь вкусненькое, ведь он наверняка голодный, и показать какой-то цветок, диво какой хорошенький... И еще много чего. Дракон не особо запомнил. Да и не пытался. Не верил он людским словам. Даже таким искренним и сияющим полуденным солнцем.

  Так прошла осень. Наступила зима, и Дракон и думать забыл о маленькой девочке, что свалилась к нему когда-то как снег на голову. Только вот она - нет.

  Надо сказать, что имя у нее было самое, что ни наесть подходящее. Весёла. Веселая, озорная, чем-то похожая на мальчишку... И обладала она удивительной способностью притягивать к себе неприятности. Ну, так считали все, кроме нее. Весёла совсем не понимала, почему нельзя вечером ходить на реку. Ну и что, что русалки. Они ведь, такие красивые... Голубоглазые, тонкокожие, и поют так, аж заслушаешься! Да и Водяной был совсем не злым, и Леший, что частенько угощал ее ягодами. Вкусными-вкусными! Таких сам никогда не найдешь, только если Хозяин леса, место заповедное сам покажет. И волки не страшные, и медведи, а на самом деле мягкие и у них под боком так хорошо дремать. Никто не тронет.

  Но Весёла была девчонкой умной, хотя по ней и не скажешь. Никому она не говорила о своих друзьях-знакомых. Молчала, как воды в рот набрала. И только и думала, как бы сбежать да навестить Дракона с грустными золотыми глазами...

  А шанс представился зимой, когда ее отправили в лес за хворостом. Правда, никто не заметил, как с тарелки пропало намного больше пирожков, испеченных такой родной и любимой мамой, что всегда поймет и утешит, ежели что. Правда, может мама Весёлы и заметила что, да промолчала только...