Знаю я имя твоё

– Рани! Рани! – слышу крик Мэйли издалека и выпрямляюсь.

– Ты чего так кричишь в лесу? Разве я не учила тебя уважать тишину этого места? – спрашиваю спокойным голосом.

– Рани, тут такое случилось… – подруга не может отдышаться, сгибаясь в три погибели, а затем поднимает голову и выпаливает, – в твоём огороде какой-то мужик лежит!

– Что ты сказала? – медленно переспрашиваю, мгновенно меняясь в лице.

Да-да, знаю я свой убийственный взгляд в такие моменты. Как-то раз Мэйли принесла мне зеркало, чтобы продемонстрировать…

С тех пор я осведомлена.

– Он… – выдавливаю из себя.

– Он помял твои грядки! – напряженно «добивает» подруга.

Крепко сжимаю ручку плетеной корзины, куда собирала травы для будущих эликсиров.

– Да он смертник! – цежу и стремительно иду в сторону деревни.

Я так долго подготавливала почву для того, чтобы вырастить столь редкие для данной местности плоды… я полгода потратила на то, чтобы ростки вообще прижились, – потому что семена никак не хотели пробуждаться самостоятельно!

– Он явно неместный и даже не из ближайших поселений. Фигура то ли воина, то ли адепта какого клана, – негромко тараторит Мэйли, следуя за мной.

– Говоришь «явно неместный»… – замечаю, – будто лица всех местных тебе незнакомы!

– Он лежит на животе – лица не разглядеть. А перевернуть его никто не решился – всё-таки твоя территория, люди не лезут, – звучит ответ.

– Идёт! Она идёт! Дева Киу!(*) Богиня Мести! – начинает шептаться народ, когда я вхожу на территорию поселения.

(* Киу – имя, данное героине при рождении; но самых близких она просит называть её «Рани»)

Несмотря на то, что я родилась здесь и все двадцать лет своей жизни прожила бок о бок с этими людьми, они продолжают отгораживаться от меня, называя Богиней Мести за мой, скажем так, «не мягкий» характер. Если вспомнить дословно, то все здесь считают, что Создатель просто обделил меня женственностью и всеми теми прелестями, коими обладают представительницы слабого пола.

Я не обижаюсь. В этом поселении просто нет того, рядом с которым я бы захотела стать слабой. А как это – быть слабой, я хорошо помню… из своей прошлой жизни.

Но об этом чуть позже…

– Где? – задаю единственный вопрос, но ответ мне не требуется.

Я знаю, где нарушитель. Спектакль сей играется исключительно для селян, которым очень нравится думать, что Богиня Мести защитит их от всех внешних угроз, несмотря на отсутствие должных почёта и уважения, которые она здесь по иронии судьбы никогда не снискает…

Странные всё-таки люди.

Останавливаюсь рядом с калиткой, которую успел подмять под себя мой нежданный гость; скорее всего он надеялся опереться на неё, не догадываясь о том, насколько хлипок был мой забор… и полетел на землю.

Насколько он ослаб?..

– Должно быть, он пьян в стельку, – предполагает нечто подобное Мэйли.

Жители за её спиной активно кивают, также активно ожидая моей реакции. Требуют зрелища? Хотят увидеть Богиню Мести в действии?

Подхожу к телу на земле, присаживаюсь рядом и приподнимаю локоны длинных черных волос, открывая лицо и демонстративно принюхиваясь.

А сама вглядываюсь в потоки его внутренней энергии.

Не алкоголь. Яд. Причем быстродействующий. Поражающий все духовные каналы. Этот мужчина – заклинатель, и, кажется, он выбрал единственно верный способ справиться с этой отравой внутри себя: бег. Быстрый бег на длинную дистанцию – так, вместе с потом, подобный яд мог выйти из тела. Скорее всего этот человек по каким-то причинам не мог посвятить весь день физической активности на территории своего клана и сделал выбор в пользу забега, чтобы никто не видел, как и с чем он справляется.

Он скрыл от своих соклановцев собственное отравление.

Зачем?..

– Рани? – негромко протягивает Мэйли за моей спиной.

– Он пьян, – отрываюсь от мужчины, встречаясь с ней взглядом, – настолько пьян, что даже не понял, куда попал и чьё спокойствие нарушил. В наказание за этот проступок я объявляю его своим слугой на три дня.

Народ на дороге начинает изумленно перешёптываться.

– Но… что, если он выше по статусу? – тихонько спрашивает один из мужичков.

Неужели обо мне беспокоится?..

– Неужто думаешь, что меня прозвали Богиней Мести только за дрянной характер? – фыркнув, бросаю ему, – Неважно, что у него за статус! За мой испорченный забор и помятые грядки он будет в моём услужении ровно три дня. Все это слышали?

– Да… да! – закивали головами местные.

– Тогда расходитесь по своим домам: здесь вам больше делать нечего! – громко объявляю, прекрасно осознавая, что мужчина на земле прекрасно меня слышит.

Его разум замутнен, но он всё ещё в сознании. И, думаю, он не меньше меня понимает, что этого забега ему не хватило для того, чтобы избавиться от заразы внутри. Ему нужен тяжелый физический труд.

И ему ни в коем случае нельзя пользоваться духовной силой, пока эта дрянь сидит внутри.