Знак Z: Зорро в книгах и на экране

Его сердцу неведом страх. Его клинок не знает жалости к негодяям.

Его душа исполнена благородства. Знак его подвигов — росчерк шпаги в виде литеры Z. Его зовут Zorro, человек-лисица. Герой серии романов и новелл писателя Джонстона Маккалли стал персонажем десятков художественных фильмов и многочисленных сериалов и вот уже почти столетие вызывает симпатию — или восторг — у зрителей и читателей. При свете дня — утонченный аристократ, безвольный и жеманный дон Диего Вега, ночью он превращается в неуловимого Зорро, отважного защитника нищих и угнетенных от произвола жадного губернатора, жестокого команданте, продажного судьи. Он желанный гость в хижинах бедняков, его рукопожатием гордятся честные кабальеро, он — объект восхищения красавиц-сеньорит. Он непобедим и бессмертен, потому что черный цвет его плаща и маски — это цвет торжества Добра.

(© Andrew Cooper / Columbia / Spyglass / Bureau L. A. Collection / Corbis / РФГ.)

Испанская традиция точнее других в христианском мире моделирует принципы образцовой мужественности, выстраивает систему мифологии героического характера со всеми его достоинствами, слабостями и комплексами. География всемирной массовой культуры сложилась так, что одна из самых известных в мире испанских по сути своей историй выдумана американцем, посвящена Америке, рассказана в типично американском жанре — вестерне. Уточню: область Америки, о которой идет речь, — Калифорния; время действия — испанский колониальный и мексиканский периоды истории штата; суть общественного конфликта, оформляющего сюжет, — завоевание территорий, дележ земель, социальное неравенство.

Кодекс поведения испанского дворянина, в основе которого лежат почитание родителей и Церкви, безукоризненные представления о чести, галантность по отношению к дамам, великодушие по отношению к слабым, презрение по отношению к смерти, смешивает реальность, мораль и романтику в очень взрывоопасных пропорциях, а это создает идеальное пространство приключения. Осваивать такое пространство — словно читать учебник по науке взросления. Легенда о Зорро точно инициирует мужественность, легко переводит подростков в класс взрослых, потому и не теряет своего значения. Фольклорист Владимир Пропп не зря рассматривал сказку как разновидность ритуала инициации, посвятительный обряд, знаменующий переход на новую ступень развития.

Не случайно всемирная слава Зорро (слава сказки о Зорро) сопровождается относительной безвестностью создателя этого образа. Автор опубликованного в 1919 году бульварного романа «Проклятие Капистрано» Джонстон Маккалли словно оттолкнул от себя художественный текст, уготовив герою жизнь вечную, а самому себе — забвение. В историях о Зорро выведена формула идеального благородства; ее пафос клиширован от первой до последней строки, следовательно, важным является только символ, функция, но не подлинные личности ее персонажей и создателя. Ценность имеет буква Z, а не имя смельчака, скрывающегося под маской; выдуманный герой, в свою очередь, значимее автора-выдумщика. Поэтому дискуссия о том, хороший ли писатель сочинил книгу о Зорро, беспредметна. По сравнению с книжной традицией Джеймса Бонда или библиотекой приключений вождей краснокожих литературная основа легенды о Зорро бедновата. По сути-то, все выросло из одного романа, ведь более поздние произведения того же Маккалли — лишь слабые интерпретации его первой книги о доне Диего Веге. Талант этого автора, выходит, кроется в способности уловить и обобщить общественные ожидания сразу нескольких эпох (многим ли писателям это дано?), а не в особом даровании рассказчика, метафоричности стиля, изяществе пера.