Змей, не борзей! или Наглый наг в мужья?! (СИ)

Посвящается моей маме                                                                              

Когда ты ребенок, тебе так мало надо для счастья!

Я с улыбкой посмотрела на малышку дочь, которая бултыхалась в ванной, во все стороны разбрызгивая воду. Рядом исходила лаем Сосиска, наша неугомонная такса. Дымчатый кот Децибел заунывно подвывал своему другу, восседая на троне из стиральной машины. Оба питомца с укоризной поглядывали на меня, горе-мамашу, позволяющую топиться своему единственному детенышу.

- Мама, песенку! – потребовала моя лягушонка, схватив свою любимую рогатку.

С ней дите не расставалось даже ночью, игнорируя зайцев, медвежат, покемонов и прочих уродцев из современных мультиков.

- Какую хочешь, солнышко? – я присела на край ванны, поправив облепившую тело промокшую сорочку.

- Про кораблик, – меня окатил новый фонтан.

Сама скоро утону, как этот Титаник, песню из которого желает услышать мое чадо! Мысленно пожалев соседей, я откашлялась и затянула всем известный и на зубах навязший хит Селин Дион. Наверное, половина дома, слушая мое не особо талантливое исполнение, с нетерпением ждала, когда же наш Титаник наконец-то затонет. Но чего только не споешь ради любимой крошки, правда?

- Все, наша песенка спета! – со смешком заявила я, закончив терзать слушателей. – Давай-ка вылезай, Галяля.

Взяв полотенце, приготовилась к капризам, ведь мою русалочку выманить из воды всегда столь же сложно, как поймать руками малька в пруду. Раньше приходилось звать на помощь ее папу. Он строго смотрел на свою Бракозябру Гавриловну – как любя называл наследницу, и она послушно позволяла себя вытереть и отнести баиньки.

Но сегодня было на удивление тихо. Даже кот и пес затихли. Я посмотрела на них. И куда это они все дружно уставились? Развернулась и сама обомлела, увидев золотисто-алое сияние, которое разливалось совсем рядом со мной. Руку протяни и коснешься. Я, собственно, так и сделала, не думая головой. А надо было бы, ведь едва кончики пальцев окунулись в свет, все вокруг изменилось. И, как позже выяснилось, вся жизнь потекла с того момента совсем по иному руслу.

Очертания ванной расплылись, словно она была акварельным рисунком, на который щедро выплеснули ведро воды. Взамен проступили очертания другого помещения, и оно точно не напоминало соседскую квартиру. Сначала я увидела белые колонны, убегающие ввысь, будто в каком-то помпезном музее,  а потом пышно украшенный цветами постамент.

Рядом с ним стоял мужчина с темными волосами до плеч, одетый во что-то наподобие черного камзола. Напротив хлопала глазами юная блондинка в серебристом платье, напоминающая фрейлину императрицы. Оба участника этой костюмированной вечеринки с удивлением взирали на меня. Золотисто-алое сияние огромным сердцем билось между ними, зависнув над постаментом. Я зачем-то шагнула к нему, снова протянула руку и…

Оно одним мощным прыжком скользнуло ко мне и будто нырнуло вглубь!

В солнечном сплетении вспыхнул нестерпимый жар. Это напугало меня, заставив отступить обратно к дочери. Я подхватила ее на руки, не в силах сдвинуться с места и с ужасом глядя на мужчину, который шагал к нам. Больше всего захотелось проснуться и понять, что это был лишь непонятный сон.

Но судьба решила дословно до наоборот. Меня вдруг резко повело в сон. Осев на пол, я еще крепче стиснула мою малышку, чувствуя, что вот-вот потеряю сознание. Последним, что успел зацепить разум, стали вертикальные иглы-зрачки в медовых глазах незнакомца. И чешуя, волнами плывущая по его красивому лицу.

Может, я все-таки сплю?..

Обычно я просыпаюсь от противного вопля будильника, злобно пинающего мозг, утопающий в самых сладких утренних снах. Но в этот раз глаза открылись в благословенной тишине. Впрочем, сразу следом за этим благодушный настрой мигом испарился, как не бывало – ведь на кровати, на которой я лежала, сидел мужчина. Тот самый, со змеиными зрачками и чешуей на щеках.

Впрочем, сейчас он выглядел вовсе не столь экстравагантно, хотя мужественное лицо с волевым подбородком, прямым носом и четко очерченными губами все равно бессовестно приманило мой взгляд, заскользивший по чуть грубовато вылепленным чертам, попав в ловушку обаяния незнакомца.

Его васильковые глаза мягко мерцали в сумраке, будто подсвеченные изнутри. Странно, мне они запомнились медовыми, как у питона Каа из Маугли. Я бездумно любовалась мужской красотой, оттеняемой длинными темными волосами, которые мягко ложились на плечи, пока ухмылка этого красавца не отрезвила меня.

А следом всполошился запоздалый материнский инстинкт.

- Где моя дочь?! – выдохнула в панике, вмиг покрывшись липким потом.

- Спит рядом с вами, - спокойно отозвался мужчина.