Змеиный мох (СИ)

Annotation

Надя рассчитывала провести две недели отпуска в полном одиночестве. Но появился он… Сначала ей хотелось его убить. Потом они провели вместе ночь, даже не узнав имен друг друга. А потом он вдруг оказался ее начальником. Мало того, что ему известны такие вещи, которых не знают даже ее близкие, так еще и Надины подчиненные открыли на него самую настоящую охоту. И что делать в такой ситуации, если сама влюблена в него?..

Змеиный мох

=Часть I. Надежда

=2

=3

=4

=5

=6

=7

=8

=9

=10

=11

=12

=13

=14

=15

=16

=17

=18

=19

=20

=21

=22

=23

=24

=25

=26

=27

=28

=29

=30

=31

=32 Часть II. Денис

=33

=34

=35

=36

=37

=38

=39

=40

=41

=42

=43

=44

=45

=46

=47

=48

=49

=50

=51 Часть III. Надежда + Денис

=52

=53

=54

=55

=56

=57

=58

=59

=60

=61

=62

=63

=64

=65

Эпилог

Змеиный мох

Анна Жилло

=Часть I. Надежда

Это был лучший момент дня – когда я стояла на мостках, закинув руки за голову, прикрыв глаза и глядя из-под ресниц на закат. Как сказала бы повернутая на эзотерике Ринка, момент силы. Над рекой стелился туман, и казалось, что солнце садится в клубничное мороженое. Сквозь тело словно проходили магнитные линии, и оно отзывалось блаженной дрожью.

Кстати, через совершенно голое тело. И в этом был особый кайф полного слияния с окружающим миром. Раздевшись, я будто растворялась в закатном небе, в реке, в ощущении простора и запредельного, волшебного одиночества. И могла не опасаться, что кто-то увидит, поскольку до ближайших людей было километров двадцать по лесной дороге. Те, которые в деревне на другом берегу Паши, ниже по течению, не в счет, туда можно было добраться только на лодке.

Река заболотила берег и затянула илом дно, поэтому деревянные мостки уходили метров на десять. Постояв вот так, прощаясь с днем, я ныряла с них и плавала до посинения. Потом выбиралась, растиралась как следует полотенцем и шла домой – ужинать, читать или смотреть кино в ноутбуке. А потом сидела на террасе и любовалась звездами, вслушиваясь в дыхание ночного леса. И этот вечер ничем не отличался от шести предыдущих. До тех пор, пока я не почувствовала чей-то взгляд.

Открыв глаза, я повернулась и увидела стоящего на берегу мужика в зеленом камуфляже, который пялился на меня в упор. От неожиданности вздрогнула, поскользнулась на мокрых досках и с шумом свалилась с мостков. Хлебнула воды, вдохнула, и меня тут же потащило на дно. Вынырнув, я судорожно втянула воздух и надсадно закашлялась, отфыркиваясь, как морж. Рядом что-то плеснуло и крепко меня стиснуло. Мой визг услышали, наверно, в деревне.

Через секунду, проморгавшись, я поняла, что тот самый тип в камуфляже волочет меня к берегу, обхватив за талию. Попыталась рыпнуться, но вспомнила популярную страшилку о том, что утопающий от шока перестает соображать и может сопротивляться. И чтобы он не утопил спасателя, надо ему наподдать. Утопающему, не спасателю. Хотя я бы сейчас как раз поддала именно этому непрошеному благодетелю.

- Отпустите меня, живо!

Добавленная крепкая фраза в сочетании с обращением на вы должна была звучать более чем странно, но это меня ни капли не волновало. Он разжал руки, и я тут же увязла в иле по колено. Подтянулась, выбралась на мостки, вышла на берег, нисколько не заботясь о том, смотрит этот козел на меня или нет. Да пусть ослепнет!

Завернувшись в полотенце, я повернулась к нему, готовая растерзать в клочья. Он тем временем сел на траву, расшнуровал берцы и вылил из них воду.

- Какого черта? – поинтересовалась я свирепо. – И какого черта вы вообще здесь делаете?

- За водой пришел, - буркнул он. - К роднику.

Рядом с ним действительно валялись две пустые пластиковые канистры.

Берег с этой стороны был высоким, и только у самой воды река намыла узкую полоску песка, где Славка и построил мостки для купания. Над обрывом красовалась крохотная деревянная церковь – его любимое детище. По большим праздникам из Паши приезжал священник, а деревенские приплывали на лодках. Чуть ниже церкви был источник с поклонным крестом, откуда я тоже брала воду. Спускаться к нему сверху было не слишком удобно, легче подниматься снизу по нескольким деревянным ступенькам.

Впрочем, главный вопрос стоял по-прежнему: откуда взялся этот придурок?! Не с другого же берега перелетел. И не с лесопилки за два десятка километров пришел пешочком за водичкой.

До меня внезапно дошло, что я стою перед ним практически голая, а вокруг ни души. Вот где сказочное одиночество повернулось кормой: если что – хоть оборись, никто не поможет.