Зима под столом

Действующие лица:

 Флоранс Мишалон – чудесная молодая женщина, которой еще нет 30-ти. Пухленькая. Восхитительное детское лицо, стройные ножки, роскошное тело, которое наводит на мысли о любви. Никогда не жеманничает, всегда естественна, искренна, наивна.

 Драгомир – 30 лет, но жизненные невзгоды наложили отпечаток на его облик. Красив строгой красотой. Мгновенно вызывает симпатию. Мил, робок.

 Грицко – двоюродный брат Драгомира, скрипач. Тот же тип, тот же возраст, до ужаса тощ.

 Раймонда Пус – подруга Флоранс. Тот же возраст. Богата, красива, но резка. По сравнению с Флоранс лишена грации. Реалистка. Холодна.

 Марк Тиль – элегантный мужчина под сорок. Рождает антипатию. Держится чересчур прямо – о таких говорят: «палку проглотил». Фальшив – это фамильная черта. Заученные интонации, заученные позы. Скряга.

 В гостиной старой квартиры, заваленной книгами, обставленной разностильной мебелью, стоит стол, накрытый белой скатертью, – на нем книги, бумаги, пишущая машинка, настольная лампа. На полу корзина для бумаг. Стол – рабочее место Флоранс.

 Под столом одежда, ботинки, рабочие инструменты сапожника, картонный чемодан, маленький ящик, в котором хранятся продукты. В малом пространстве царит строгий порядок – как у моряков. Здесь живет Драгомир.

 Стол около двух метров в длину, не более 50 см в ширину, но в перспективе кажется больше.

 1. Когда занавес поднимается, Драгомир, сидя на корточках, прибивает каблук к подошве, укрепленной на деревянной колодке. Вокруг него разная обувь и инструменты. За столом Флоранс работает со словарем. Вечер.

 ДРАГОМИР (скандируя фразы в ритме ударов молотком). Вот! по голове и вот! по губам, вот! по глазам, вот! по зубам, вот! по уху, вот! в подбородок, вот! сзади и вот! спереди…

 ФЛОРАНС (легонько стучит по столу). Мсье Драгомир!..

 ДРАГОМИР. Да, мадмуазель Мишалон? Слишком много шума? Простите, не хотел. Я уже заканчиваю.

 ФЛОРАНС (смущенно). Лично меня это не беспокоит. Но вот соседи, мсье Драгомир. Вы знаете, какие они. Живи я одна, вы могли бы спокойно работать всю ночь. Но я здесь не хозяйка.

 ДРАГОМИР. Вы очень добры, мадмуазель Мишалон. Таких теперь не бывает.

 ФЛОРАНС (смеясь). Ну, что вы такое говорите, на свете тысячи подобных мне! Я люблю слушать, как вы работаете под столом, я не чувствую себя одинокой, мне весело.

 ДРАГОМИР. Я тоже, мадмуазель Мишалон, я рад, что живу у вас, под столом… А, кстати, я вспомнил… (Достает из одного ботинка конверт, протягивает его Флоранс). Квартплата за январь. Я не забыл, что сегодня тридцатое.

 ФЛОРАНС (берет конверт). Спасибо, но не стоит торопиться, мсье Драгомир, вы могли бы отдать и завтра.

 ДРАГОМИР. Все же хорошо, что сегодня. Я продал одному новому клиенту две пары, а другой, давний, наконец заплатил мне долг. Так что, как видите, мне не трудно.

 ФЛОРАНС. Ясно, что вам не очень-то удобно там, внизу, поэтому мне не слишком ловко брать с вас деньги. Будь я богаче, я не взяла бы с вас ни единого су…

 ДРАГОМИР. Я это прекрасно знаю, мадмуазель Мишалон. Но, по-моему, нормально, что я плачу за жилье. Вам не стоит беспокоиться, здесь мне хорошо. Я ведь жил и под кроватью, и в старом котле, в дупле рухнувшего дерева и даже в фамильном склепе на кладбище. Нас там было человек двенадцать, без света. Наверху ходили, стучали…

 ФЛОРАНС. Какой ужас!

 ДРАГОМИР. Там был один тип с Юга, который постоянно пел, - это было наше единственное развлечение; но он скоро уехал. По сравнению с этим я у вас, как в раю. И потом мне нравятся ваши ножки.

 ФЛОРАНС. Они не слишком вас беспокоят? Порой я забываю, что Вы там, а у меня есть привычка закидывать ноги куда попало… Должно быть, я Вас толкаю, сама того не замечая.

 ДРАГОМИР. Нет, Вы не способны сделать мне больно. Когда я вижу, что Ваши ноги движутся, то остерегаюсь, держусь от них подальше.

 ФЛОРАНС. Помните: Вы можете пользоваться туалетом, когда пожелаете.

 ДРАГОМИР. Очень любезно с Вашей стороны, мадмуазель Мишалон, но тогда бы я злоупотребил Вашей добротой. Душ время от времени – тут я не скажу нет. Что до остального, то обойдусь – я же постоянно ухожу в город.

 ФЛОРАНС. Я ценю Вашу скромность и искренне Вам за нее признательна. Но, короче, если Вам понадобится туалет, не раздумывайте… Так, а вот Вам скромный подарок на новоселье… (Передает ему маленький цветочный горшочек).

 ДРАГОМИР. Что это? Растение? Ах, нет, японский сад с маленькими красными и синими камнями, ручей из осколков зеркала, пруд, скамья и даже гейша. Спасибо, мадмуазель Мишалон, очень мило. Я тронут. (Церемонно обнимает ногу Флоранс).

 ФЛОРАНС. Уф! Для меня такое облегчение, что он Вам понравился, - есть люди, которые их не выносят. Мне хотелось подарить Вам растение, но они все слишком велики и им нужен свет. Правда, есть кактусы или трава, но эти невзрачны и можно легко уколоться или порезаться. Тогда, уже отчаявшись, я остановилась на японском саде. Он не занимает много места и все же украшает.

 ДРАГОМИР. Прекрасная мысль! Я поставлю его у ножки стола, чтобы случайно не опрокинуть.

 Затемнение.