Жуткий король

William Ritter

The Dire King: A Jackaby Novel

© 2017 by William Ritter

© Roman Samborskyi/Shutterstock (silhouette); file404/Shutterstock (man’s head); Israel Hervas Bengochea/Shutterstock (tower)

© О. Перфильев, перевод на русский язык, 2018

© ООО «Издательство АСТ», 2018

Утверждать, что в доме номер 926 по Авгур-лейн так и не восстановился былой порядок, означало бы не иметь ни малейшего представления об истинной природе дома номер 926 по Авгур-лейн. Эта постройка и в лучшие свои времена выглядела как воплощение беспорядка и пристанище всего самого странного.

Его архитекторам, казалось, была неведома сама идея предварительного планирования, в результате чего здание представляло собой эклектическую смесь из самых разнообразных материалов в самых разнообразных стилях. Колонны и карнизы, балконы и балюстрады примыкали друг к другу под неестественными углами, из-за чего вся конструкция должна была получиться хаотичной и уродливой, но почему-то выглядела даже по-своему красивой. Да, хаотичной и беспорядочной, но тем не менее красивой.

Изнутри дом изумлял еще больше. Мой работодатель, частный детектив Р. Ф. Джекаби, не был обычным сыщиком, и доказательства тому можно было найти в любом уголке его резиденции. На полках стояли жутковатые сувениры – воспоминания о прошлых делах; из превращенной в лабораторию кухни доносились странные запахи, проникавшие через извилистый коридор в захламленный кабинет и растекавшиеся по роскошной библиотеке. Проходя мимо винтовой лестницы, я услышала над собой знакомые звуки – всплеск крыльев, эхом отразившийся от тихого пруда на третьем этаже, где почти все время проводил Дуглас, бывший некогда ассистентом Джекаби, а ныне предпочитающий пребывать в виде водоплавающей птицы.

Но каким бы странным ни представлялось это место, я уже привыкла называть его своим домом. И недавно в мой дом грубо вломились.

Я вышла через заднюю дверь на освещенный ярким солнечным светом дворик, где валялись обломки разбитых бюстов и прочих предметов интерьера, которые Джекаби выбрасывал из окна своего кабинета, расчищая последствия вторжения всю прошедшую неделю. В ходе нашего расследования мы разворошили осиное гнездо, и осы послали к нам гигантских чудовищ. Эти чудовища разбили статуэтки, сломали мебель и, что самое главное, стерли в порошок наше чувство безопасности. С тех пор мы старались сделать все, что было в наших силах. Подмели и собрали в прихожей красные доски и щепки, бывшие некогда нашей входной дверью из красной вишни; зашпаклевали дыры в стенах и очистили от осколков стекла пол и столы в разгромленной лаборатории. Но ущерб все равно был нанесен.

Жизнь в доме 926 по Авгур-лейн не стала нормальной. Не вернулась она и к привычной ненормальности. Она была какой-то неправильной и таковой и ощущалась. Остановившись, я достала из кармана тяжелый железный ключ. Единственное, что меня утешало, – это мысль о том, что один из виновников погрома сейчас сидит в погребе Джекаби, надежно оборудованном всевозможными магическими средствами защиты.

Когда я открыла дверь и спустилась по ступенькам в эту импровизированную тюрьму, Морвен Финстерн показалась мне не особенно грозной. Более-менее обычная блондинка с рыжевато-земляничными волосами, спускавшимися спутанными локонами и обрамлявшими ее худое лицо с широко расставленными печальными глазами. Я бы даже пожалела ее, если бы не знала, что на самом деле передо мной злобная никси – водяная нимфа, создание, меняющее облик и погубившее множество жизней.

– Пастуший пирог, – объявила я, опуская тарелку на пыльный стол. – Не очень теплый.

– Пахнет луком, – заметила Морвен.

– Да, я на него не поскупилась.

– Я же говорила вчера, что ненавижу лук.

– Потому и не поскупилась.

Пальцы Морвен дрогнули и сжались, словно она собиралась наброситься на меня и вцепиться в горло. От этого движения тихо звякнула тонкая цепочка, которой были перетянуты ее руки. Как утверждал Джекаби, цепочка из тибетского небесного железа, обладавшая какими-то особенными магическими свойствами. Я не совсем понимала, как она действует, но в том, что этот артефакт эффективен, сомнений не оставалось. Пока цепь сковывает никси, она не сможет совершить ничего противного воле своего пленителя. Конечно, нрав ее от этого не улучшился, но чуть более покладистой Морвен все же стала.

– Хочу пить, – заявила чародейка.

– Я положила пару виноградин на тарелку. Можешь высосать из них сок.

– Хотя бы глоток из стакана…

– Нет.

Я сама видела, на что способна Морвен, если ей дать немного воды.

– Что, я тебя пугаю? – попыталась она задеть меня.