Журнал «Компьютерра» № 27-28 от 25 июля 2006 года (647 и 648)

Автор: Леонид Левкович-Маслюк

Завершается сезон вступительных экзаменов. Один из главных аттракционов в этом парке экстремальных развлечений — экзаменационное сочинение. В истекшем учебном году мне удалось близко наблюдать катание выпускников на всех горках этого аттракциона, от предварительной подготовки до показательной выдачи готового продукта.

С удивлением я обнаружил, что в наши дни успешно сдать этот экзамен непросто даже технарям, это требует серьезной работы. Раньше-то обходились знаниями на уровне известного стишка: «Онегин — лишний человек, а Гоголь высмеял порядки…». Сегодня требуется знать много больше — но зато и «пособия» вышли на прежде немыслимый уровень разнообразия и доступности. Куда ни плюнь, в том числе и в онлайне, попадешь в «N лучших сочинений», а если плюешь интеллектуально-элитарно — в «Двух Шуриков» (если кто не в теме — на учительском сленге так прозвали двухтомное университетское пособие по литературе с портретами Блока и Пушкина на обложках). Когда-то существовал партийно-советский стандарт трактовки русской классики в школе, унылый и кондовый, зато неплохо сформулированный. На его месте теперь возник новый стандарт — не менее уродливый, но крайне расплывчатый и без помощи экспертов (не бесплатной, разумеется) не постигаемый. Ситуация рыночная, результат соответствующий, а то, что многие школьники будут хоть таким образом сунуты носом в классику поглубже и хоть что-то там будут вынуждены осознать, — уже хорошо. Беспокоит другое — тема лишнего человека, оказывается, до сих пор толком не раскрыта (о высмеивании порядков — как-нибудь в другой раз).

К примеру, в этом сезоне на экзаменах очень популярен Чичиков. Его трудно подвести под каноническое определение «лишнего человека». Оно предполагает, по учебнику, отчужденность от государственного официоза, от родной среды, чувство превосходства над всем этим плюс скептицизм и усталость. Ничего подобного у Павла Иваныча нет. Но в прямом, житейском смысле слова — он безусловно лишний и никак не вписывается со своими авантюрами в патриархально-коррупционную действительность. Традиционная трактовка Чичикова как демона пошлости подразумевает, что в сочинении его надо проклинать. А ведь его наивные попытки в школьные годы «сколотить свой первый миллион» мало чем отличаются от тех, о которых с умилением пишут в биографиях американских миллиардеров. Разве что тем, что дрессировка мышей и создание реалистичных моделей снегирей на продажу требовали такой громадной работы, что ни к каким миллионам заведомо не могли привести. Но это вызывает скорее сочувствие к наивному мальчику, который честно пытается жить так, как учил отец (стяжать «копейку»). В этом смысле он лишний даже и в обществе нарождающегося капитализма. Короче говоря, есть некоторые основания поставить вопрос о присвоении Чичикову статуса лишнего человека, и на эту тему остроумный школьник вполне мог бы порассуждать. Но только не дай бог сделать это на экзамене! Такие вопросы решаются на самом верху — в избранном кругу авторов важнейших «пособий».

Ну а где «лишние» в современной литературе? Молодежь подсказывает — Гарри Поттер. Правильно! Причем идея «лишнести» проведена в эпопее с какой-то запредельной последовательностью. Отчужденность налицо, превосходство налицо, скептицизм — с годами приходит, а в качестве бонуса, русской классике неведомого, придается еще и целый мир, где в основном происходит действие и где герой как раз совсем не лишний.

Есть ли «лишние» вне литературы? Конечно. Взять хоть недавний пассаж Зидана в финальном матче чемпионата мира. Нервного срыва у профессионалов такого уровня не бывает — как и иллюзий, чего ждать от противника. Грустный гений футбола, глубоко чуждый всей этой пошлости тайного битья по ногам и незаметного держания за футболку, — почему он пошел на такой невыигрышный шаг? Русская литература подсказывает ответ: бодание (headbutting) Зидана — жест лишнего человека. Выстрел Печорина. Жест отчужденности и превосходства.