Из жизни олуха и его приятеля (СИ)

Владислав Отрошенко

Из жизни олуха и его приятеля

1

У Николая Львовича большая печаль: третий день не видать Романа Юрьевича.

Николай Львович сидит на веранде за круглым столом, накрытым бархатной малиновой скатертью, курит одну за другой длинные хрустящие папироски, высушенные в духовке до воздушной легкости, и страшно злится на этого засранца Романа Юрьевича. А Роман Юрьевич все не идет. Николай Львович купил ему тюбетейку, расшитую бисером, саблю в кожаных ножнах и юлу с огоньками. Ух! какая юла. Раскрутишь ее — вжик - вжик! — и она вся искрится, сверкает — изумрудно-зелеными, красными, синими и желтыми звездами. Роман Юрьевич сроду такой юлы не видал. То-то обрадуется, сукин сын, то-то развеселится: будет скакать, как козел! А Николаю Львовичу — ему что? ему только того и надо: посмотреть, как скачет и радуется этот олух царя небесного — Роман Юрьевич.

Николай Львович и сам — хоть и ноги у него, тьфу ты черт, как болят! — будет бегать за ним по комнатам, строить рожки своими окостеневшими и пожелтевшими от табачного дыма пальцами и кричать на весь дом:

— Козел! Козел! Роман Юрьевич — козел!

А потом они будут играть с Романом Юрьевичем в ШАХМАТЫ. У Николая Львовича будут все фигуры, а у Романа Юрьевича только одна — Магараджа. Всемогущий Владыка Земли и Неба Магараджа Великий Воин. Который ходит, как хочет. Как вздумается Роману Юрьевичу.

Много отважных ратников полягут в сражении с Магараджей!

Круглоголовые пешки — проворные лучники Николая Львовича — окружат со всех сторон Магараджу Романа Юрьевича. Но не дрогнет бесстрашный воитель — всю когорту сметет одним махом. Опечаленный царь Николая Львовича пошлет на бой своих офицеров — грозных витязей в остроконечных шлемах; вслед за ними двинутся туры — воеводы в зубчатых коронах; и поскачут на Магараджу кони, гордо выгнув могучие шеи. Но рассеет и эту рать несгибаемый воин — славный, всесильный и доблестный Магараджа Романа Юрьевича. А в награду за подвиги и победу он возьмет себе в жены царевну — неприступную и грустную красавицу. Ну а царь Николая Львовича — глупый трусливый царишка, — паршивый царек Николая Львовича сам убежит с поля боя...

А потом они будут играть в КОНЯ. Роман Юрьевич будет сидеть на КОНЕ верхом и держать его за уши, как за уздечку: у Николая Львовича уши для этого самые подходящие — большие и жесткие, как ремень, а у Романа Юрьевича они тонкие и прозрачные, как майские листья, и малюсенькие, как пятачки, и держаться за них совсем неудобно, и о чем тут еще толковать? В общем, дернет наездник за левое ухо — КОНЬ поедет налево, ну а дернет за правое — поедет направо. И будет ехать себе и ехать, пока лбом не упрется в буфет. Упрется и станет как вкопанный, потому что КОНЬ этот, хоть и послушный, но он очень глупый. Он Бестолковый. Сам он не знает, куда надо ехать, а знает только Умный наездник...

Ну и мало ли еще во что они будут играть с баламутом этим, Романом Юрьевичем!

И юлу, наверно, сломают — разобьют ее вдребезги, раскурочат. Да и саблю, конечно, не пощадят, изогнут ее так, что и в ножны она не влезет. А с тюбетейкою — что ж, друзья! — с тюбетейкою дело такое, с тюбетейкою в сад пойдут — собирать в нее вишни и абрикосы…

2

Ох и повезло же студентам Николая Львовича! Отпустил он их с лекции, шалопаев.

А они-то и рады-радешеньки, похватали свои чемоданчики, папки, сумочки и портфельчики и бегом-кувырком кто куда. Николай Львович кричит им вдогонку: вы ж смотрите, сукины дети, прочитайте про Древний Египет, как его покорял Македонский, и какие там строили храмы, и каким божествам поклонялись; я спрошу вас, такие-сякие, про жрецов хитроумных, египетских, и про всех фараонов — бездельников, кто какую династию выплодил. А они, шутники-балагуры, говорят: не волнуйтесь, профессор, фараонов мы ваших изучим, им теперь никуда не деться, день-другой подождут — не состарятся, а у нас и без них дел по горло: зацвели, мол, каштаны в городе, и горят их цветы белым пламенем, точно свечи зажгли в канделябрах, как же нам, дорогой профессор, не взглянуть на такое чудо, до свидания, и будьте здоровы, и привет Рамоесу Второму.

Николай Львович на студентов не обижается — он сегодня, друзья, от радости сам цветет, как каштан, понимаете ли. Дома ждет его Роман Юрьевич — и у них два билета в театр! Там в двенадцать часов представление — сказка Андерсена «Огниво», про солдата и хитрую ведьму, про собак вот с такими глазами, про любовь и, конечно, про золото — ого-го! полный ранец! не шутка ли? — привалило же счастье солдату!