Жизнь на нашей планете. Мое предупреждение миру на грани катастрофы

© Бавин С.П., перевод на русский язык, 2022

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2022

Припять на Украине – место, не похожее ни на одно из тех, где я побывал. Здесь царит безысходность. Когда-то – вполне симпатичный городок: пять микрорайонов, разделенных проспектами, центральная площадь, парки, гостиницы, больница, центральный почтамт и железнодорожная станция. В нем были несколько школ, большой стадион, плавательный бассейн, кафе и бары, ресторан на берегу реки, продуктовые и универсальные магазины, парикмахерские, Дом культуры, кинотеатр, танцевальные и спортивные площадки. Удобства, которые мы, люди, создаем для собственной комфортной и содержательной жизни, – все компоненты нашей рукотворной среды обитания.

До 1986 года в Припяти жило около пятидесяти тысяч человек. Пятиэтажки и дома повыше стояли под определенными углами, формируя хорошо продуманную уличную сеть. В каждой квартире – балконы. На первых этажах – прачечные, химчистки, мастерские по ремонту обуви и одежды.

Припять построили в Советском Союзе в 1970-е годы. Это был продуманный, идеальный город, модернистская утопия, рассчитанная на безбедную жизнь работников атомной электростанции и их семей. На кадрах любительской киносъемки начала 1980-х можно увидеть людей, гуляющих по широким бульварам, многие с детскими колясками, кто-то катается на лодках по реке, кто-то плавает в бассейне, кто-то занимается в балетном классе.

Но сегодня в Припяти никто не живет. Стены рушатся, стекла в окнах выбиты, дверные проемы обвалились. Когда я обследовал пустые, темные здания, мне приходилось внимательно смотреть под ноги. В парикмахерских на полу валялись перевернутые кресла, вокруг – пыльные бигуди и осколки зеркал. С потолка супермаркета свисают на проводах флуоресцентные лампы. Паркетный пол в здании городской администрации разбит, отдельные паркетины усеивают мраморную лестницу. В школьных классах истлевают учебники и тетрадки, исписанные синими чернилами аккуратным почерком. В квартирах на полу валяются диванные подушки. Почти никакого движения – все застыло. Если что-то шевелилось от случайного порыва ветра – я вздрагивал.

Ты входишь в любую дверь – и в первую очередь поражает отсутствие людей. Это самое яркое впечатление. Я посещал другие заброшенные города – Помпеи, Ангкор-Ват, Мачу-Пикчу, – но здесь естественность этого места (оно напоминает о привычной нам жизни) фокусирует внимание на его неестественности и заброшенности. Все внешние признаки настолько знакомы, что понимаешь: причина безжизненности отнюдь не в прошедших веках. Припять – место крайней безысходности, потому что здесь все – от рекламных щитов, которые сохранились, но на которые некому больше смотреть, до логарифмических линеек в математическом классе и разбитого пианино в кафе – напоминает о том, что человечество может растерять все, что ему нужно, что представляет для него ценность. Мы, люди, единственные на Земле, достаточно сильны и умелы, чтобы создавать миры, а затем уничтожать их.

Двадцать шестого апреля 1986 года на атомной электростанции имени Владимира Ильича Ленина, ныне всем известной как «Чернобыль», взорвался четвертый реактор. Взрыв произошел в результате неправильного планирования и человеческой ошибки. В проекте чернобыльских реакторов были недостатки. Обслуживающий персонал не знал об этом, а кроме того, проявил небрежность в работе. Чернобыль взорвался из-за ошибок – самое человеческое объяснение из всех возможных.

В атмосферу было выброшено в четыреста раз больше радиоактивных материалов, чем от взрывов в Хиросиме и Нагасаки. Ветры разнесли их по всей Европе. Затем радиоактивные осадки выпали на землю с дождем и снегом, проникли в почву и водоемы многих стран. В конце концов они попали и в пищевую цепочку. О количество преждевременных смертей вследствие этого события до сих пор дискутируют, но, по некоторым оценкам, оно исчисляется сотнями тысяч. Многие назвали Чернобыль самой масштабной экологической катастрофой в истории.