Жизнь Изамбарда Брюнеля, как бы он рассказал ее сам

Уважаемый читатель!

Я рад представить книгу о знаменитом английском конструкторе, предпринимателе, главном инженере британских железных дорог Изамбарде Кингдоме Брюнеле (1806–1859). Личность этого человека была настолько же одарена разнообразными талантами, насколько удивительна и насыщенна была его эпоха – время революционных научных открытий и беспрецедентных технических инноваций.

Изамбард Брюнель умел не только принимать локальные конструкторские решения, но и осуществлять крупномасштабные инженерные проекты, такие как строительство Большой Западной железной дороги, связывающей Юго-Западную Англию, западные земли и Южный Уэльс с Лондоном, или возведение мостов в местах очень неблагоприятного ландшафта. Именно Изамбард Брюнель стал инициатором расширения железнодорожной колеи с 4 футов 8 1/2 дюйма (1435 мм) до 7 футов (2135 мм) – смелого нововведения, повышающего рентабельность и безопасность движения составов. Для реализации этого проекта, осуществленного частично, Изамбард Брюнель потратил немало времени и энергии.

Сохранились сведения об очень смелой, но утопической попытке английского инженера строительства и эксплуатации пневматических железных дорог. Сегодня этот проект кажется более чем странным, но тогда, в первой половине XIX века, инженерная мысль двигалась в самых разных направлениях, выбирая с помощью проб и ошибок верный путь. В число коллег Брюнеля входил легендарный Джордж Стефенсон – изобретатель паровозов, один из «отцов железных дорог». Эти два великих инженера открыли дверь в новую эру мировой истории промышленности – эру железнодорожных коммуникаций. Догадывались ли они, какое колоссальное значение будут иметь составы, двигающиеся по рельсам, в экономике, в военной обороне, в транспортной сфере?

Конечно, они прекрасно понимали, что их работа, их открытия кардинально меняют мир, но в то же время они отдавали себе отчет в том, что основную пользу от их труда ощутят уже не они, а представители многих последующих поколений.

Риск для собственной жизни и возможность оказаться в долговой яме в те времена являлись таким же привычным условием в деятельности инженера, как, скажем, работа за чертежной доской. Изамбард Брюнель, как и многие его коллеги, был и инженером, и организатором коммерческих мегапроектов. Он защищал свои детища в беспощадных инвестиционных конкурсах, одновременно с этим принимая личное участие в технических работах, во время которых несколько раз оказывался на краю гибели.

Мы знакомы с общими сведениями о жизни и деятельности героев Промышленной революции благодаря энциклопедиям и справочникам, но мало кто из нас догадывается о деталях их непростого пути. А мельчайшие подробности, которые так любят принимать во внимание «технари», – основа рассказа о достижениях знаменитых инженеров.

Эта книга не разочарует тех, кто любит точность в описаниях технических проектов и замыслов. Не разочарует она и гуманитариев, так как ее автор – известный российский прозаик. Я уверен, что книга «Жизнь Изамбарда Брюнеля» будет любопытна всем, кто интересуется историей науки и техники, биографиями замечательных людей, ищет достойный пример в деле осуществления серьезных и важных проектов. Ведь новаторам, которые ставят себе задачу организовать нечто большее, которые хотят идти впереди своего поколения, требуются точные и подробные знания об опыте предшественников.

Желаю вам приятного чтения!

К сожалению, кое-каких результатов своей деятельности я не увидел. Мое самое любимое детище – великий пароход с гордым именем «Грейт Истерн» – только начинало свое первое грандиозное шествие через Атлантику, когда я, почувствовав недомогание, был вынужден сойти с борта, чтобы с горьким сожалением умереть десятью днями позже – 15 сентября 1859 года. Меня похоронили на лондонском кладбище Кенсал-Грин. Разумеется, рядом с отцом. Над нами нет ни ангелов, ни муз с разбитыми кувшинами – только мраморный куб, на лицевой грани которого выбиты соответствующие надписи.

Может быть, врачи были правы, когда говорили, что не стоит курить по сорок сигар в день – начиная с девятнадцати лет и до пятидесяти трех. Однако есть и другая сторона медали: сорок сигар ты выкуриваешь, пять, одну или, возможно, не куришь вовсе, но так уж устроен мир, что в одну прекрасную минуту ты приходишь, в другую – покидаешь его, неважно, курящим или нет.

Впрочем, на самом деле я хотел рассказать не о своей смерти, а о своей жизни.