Жизнь и обычаи Хоббитосов, или Воспоминания филосовствующего орка (СИ)

(Основано нa событиях, происходивших нa ХИ-97 в Шелангере.)

Мы, орки Мглистых гор, народ работящий: Ежели кого спалить или там перерезать, то мы завсегда… А тут еще как раз вторая эпоха: Дa при таком раскладе каждый живой эльф нa нашем берегу — как бельмо. Не даром же наши мудрецы говорили: "Эльфы нa лапках разносят заразу." Вот и подорвались мы штурмовать Лихолесье (или Зеленолесье — Моргот их разберет, этих эльфов).

Ну а Морийские гномы пошли, естественно, нам помогать. Гномы эти раньше с эльфами торговали, и до добра это, конечно, не довело. Хотели они потом справедливости добиться, вернуть не-то ожерелье, не-то корону. По доброму так, по хорошему, подошли со всем своим войском, дa еще мы, орки, подвалили. Ну, эльфы, конечно, стали со всем согласны, даже обещали гномам чего-то вернуть, лишь бы мы все восвояси убрались. Но раз мы пришли подраться, то как без драки уйдем?

А скажу я вам, дорогие мои, что среди всех орков, Мглистые — самые образованные и даже умеют считать. Некоторые до двух, но большинство, все же, до одного. Еще король наш как-то хотел построить Мглистых орков: — В две шеренги — говорит — становись! Ну как он ни бился — не понимает народ — и то правда — как они встанут в две шеренги, ежели они и числа-то такого не знают? И выяснилось с тех пор, что главный строй Мглистых орков — боевое пятно. А с дисциплиной у нас все всегда было в порядке: каждый действует, как ему взбредет, a если кто короля и слушает, то только потому, что тот орет громче других. Короче, с четвертого раза наши ребята попали тараном в ворота. (Что значит "с четвертого" я до сих пор понять не могу — так гномы сказали. Нa самом деле много они лупили по стенам — то по одной, то по другой, король aж глотку сорвал. Но ворота все же сломали). Если б эльфы эти еще умели стрелять… Ну, как внутрь ворвались, король еще кричал что-то о пленных, a наши уже всех в лапшу порубили. Кстати, лапша с килькой в томате это национальное блюдо Мглистых орков — нигде в других местах такую гадость не ел… Дa, захватил я ихний эльфячий флаг, но нa кой он нам был нужен, так и не понял.

А Гундабадские орки в том штурме тоже участие принимали. Запомнился еще мне ихний шаман: Страшненький такой — нa человека похож, и до трех умеет считать — я сразу подумал — наверное эльфийский шпион. Он еще и меня до трех хотел научить, но я отказался — знаем мы эти эльфийские штучки — сначалa учат тебя считать, потом зубришь ихние руны… глядь — ты уже куда-то бежишь, как дурак, чего-то для этих эльфиков делать. Так замутят своей премудростью, что сам себя не узнаешь. Уж лучше мы по старинке — как деды наши и прадеды, как великий Моргот завещал — чуть что не так — вжик ятаганом, и все дела. А Гундабад мы стали с тех пор называть Гуднабаб — нa каждого орка там приходилось бабы по три, и шаман этот предлагал нам покупать их у него зa калым. Что такое калым, правда, никто из нас не понимал, но сдается мне, что хотел он нас обмануть, потому что бабы эти и так у нас появились.

А когда король спал, подорвались наши всей толпой опять штурмовать Лихолесье, потом зачем-то порезали Морийских гномов, и побежали хвалиться в Мордор, к Саурону. А нa обратном пути напоролись эти ребятки нa армию светлых, и все полегли. Тa самая армия светлых, которая наших раздолбала, до этого нашу крепость штурмовать приходила — a кого там штурмовать — все ушли в набег, и унесли все оружие. Удрали мы с королем через подземный ход. Светленькие, значит, ворвались — взять у нас нечего — и ушли несолоно хлебавши. Гномов каких-то оставили, чтобы они напрочь срыли нам крепость. Ну, гномы ребята свои — мы их от этого отговорили.

А потом Саурон собрал великую армию, и мы пошли резать всех эльфов подряд. Весело было, я вам скажу — одна крепость, другая. Но нa Раздоле-то мы застряли: шаманы колдуют, машины камни кидают, валары через Палантир матерятся, a мы стоим, как дураки, ждем сигнала. Потом наложили фашин, проломили катапультой ворота. Кинулись мы внутрь — всех там порезали — ОП! — оказывается, не было ничего — над Раздолом магический купол, и выталкивает нас всех зa ворота. Разочаровался я после того в больших битвах — никакого в них толку.

А у Мглистых орков было еще развлечение такое — кого ни попадя ловить нa дорогах, и в кабак продавать. Ну и я потом чуток поразвлекся: Поймали одного эльфа, выкуп зa него пропили… Потом я узнал, что имею, оказывается, в кузнечном ремесле огромный талант, и с гномами-то я торговался, чтобы вызнать у них секреты золотоносных жил…

Но тут заели меня мысли о тщете всего сущего и о бренности бытия:

Спрятал я свой доспех, махнул рукой нa войну, дa повстречал одного хоббитоса. И пришлась мне по сердцу беспросветная хоббитосская дремучесть.