Жизнь без прикрас

Противное дело.

Клубов сжал ладонь Ларисы. Та погладила его по плечу:

Не волнуйся, мой брат Анатолий не подведет. Твоя жена даже охнуть не успеет и боли не почувствует. И почему ты так нервничаешь, если действительно ее ненавидишь?

Нелегко выбросить из памяти тридцать лет жизни. Она моталась со мной по дальним гарнизонам. Только в последние годы она превратилась в сварливую старуху.

А если бы меня не встретил, то наверняка терпел рядом с собою эту ведьму!

Зачем напрасно гадать? Главное наши пути пересеклись. У меня есть ты, а у тебя я.

Лариса поспешила отвернуться: «Этот старый пень поверил, что я в свои двадцать два года в него влюбилась! Да если бы не его квартира и накопления, я с ним и рядом не села. С трудом удалось его уговорить избавиться от жены. Сам убивать отказался. А на предложение заказать смерть жены за деньги сразу согласился. Вот козел!»

В этот момент на третьем этаже отворилась створка окна, и парень со светлой челкой махнул рукой. Лариса потянула Клубова за рукав:

Анатолий сигнал подал. Все кончено. Пойдем, теперь тебе предстоит сыграть роль жертвы ограбления. Смотри не сфальшивь, когда полицейские по вызову приедут.

Клубов покорно направился к подъезду. Войдя в комнату, приблизился к телу жены и смущенно прикрыл ее голые бедра халатом.

Надо создать видимость разгрома, сказал Анатолий.

Клубов снял телевизор с тумбочки и боком поставил на пол. Затем вытащил из ящиков шкафа одежду и обувь и разбросал по полу.

Нехотя протянул Ларисе семейные драгоценности:

Вот, возьми. Только смотри, ничего не продавай.

Ладно, оставлю себе. Твоей бабе они уже не нужны, а мне будут кстати.

В разговор поспешил вмешаться Анатолий:

– Вы люди свои, потом сочтётесь. А со мной, когда расплатишься?

Я же сказал, все деньги у меня на сберкнижке. Через пару недель, когда шум утихнет, сниму и отдам тебе сто тысяч.

Анатолий хотел возразить, но тут вмешалась Лариса:

Николай Сергеевич прав. Нам теперь спешить некуда.

Анатолий резко отодвинул этажерку от стены и наклонил. Николай Сергеевич бросился вперед и едва успел подхватить фарфоровую статуэтку средневековой дамы с зеркальцем в руке. Окружавшие ее на полке блюдца и чашки из чайного сервиза с грохотом разбились о паркет. Клубов пояснил:

Статуэтка старинная, из знаменитого мейсенского фарфора. У антикваров высоко ценится. Оставим ее в сохранности среди осколков. Еще пригодится на черный день.

Анатолий озабоченно нахмурился:

Хватит с барахлом возиться. Давай подумаем, как грабители проникли в квартиру, если замки не взломаны. Запасной ключ может вызвать подозрения.

Я скажу, что Нина открыла дверь, не спросив, кто позвонил.

Это может прокатить, а теперь давай раздевайся, если будешь утверждать, что нападение произошло, когда ты еще лежал в постели.

Не успел Клубов положить снятую одежду на стул, как сильный удар по голове сбил его с ног. На несколько секунд он потерял сознание. Когда пришел в себя, почувствовал, как загнутые за спину руки стягивает ворсистая упаковочная веревка. Затем Анатолий его приподнял и посадил на пол:

Не обижайся. Шишка на затылке убедит полицейских в правдивости твоих показаний. Скажешь, что после ухода воров сумел выбраться из квартиры и позвать соседей на помощь. Шум поднимешь минут через пятнадцать. Ну, мы пошли.

На улице Лариса потрепала Анатолия по волосам:

Ты, похоже, ревнуешь меня к этому старику. Иначе, зачем так сильно ему мозги потряс? Он теперь будет от головокружения за стенку хвататься.

Так ему и надо. И за тебя, и за его бабу поквитался. Когда я вошел в комнату, она сразу все поняла. Даже сопротивляться не стала, покорно позволила себя придушить.

– Избавь меня от подробностей. Поедем лучше ко мне и отметим завершение дела.

И Анатолий послушно замолчал.

Пока следователи и эксперт проводили осмотр, сыщик Щукин внимательно следил за уцелевшим при ограблении хозяином: «Странно видеть, как крепкий мужик громко всхлипывает, размазывая по лицу слезы. Возможно, сотрясение мозга сказывается. Но есть в этом деле и сомнения! Надо еще раз все внимательно осмотреть».

И Щукин принялся тщательно обследовать комнату.

В тот же день вечером следственная группа собралась на совещание у начальника уголовного розыска Титова. Подполковник был мрачен:

Нам подвесили тяжёлое преступление. Женщина задушена. Военный пенсионер избит и ограблен. Пропали драгоценности на крупную сумму. Надо задействовать все оперативные возможности. Доложи, Грушин, что у нас по линии криминалистики?

Отпечатков обнаружено много, но все они принадлежат хозяевам, кроме одного следа фаланги указательного пальца, оставленного на этажерке посторонним человеком. Теперь задача сыщиков найти, кто наследил в ограбленной квартире.

Это уже неплохо. А что скажет Щукин?

А я думаю, что надо присмотреться к самому заслуженному отставнику.

Странное предположение! Мужик бьется в истерике, на черепе следы удара и руки стерты до крови верёвкой.