Житие, проповеди

«Испытали поругания и побои, а также узы и темницу. Были побиваемы камнями. перепиливаемы, подвергаемы пытке, умирали от меча, скитались в милотях и козьих кожах, терпя недостатки, скорби, озлобления…»

Епископ Дмитровский Серафим Звездинский (1883–1937) разделил участь большинства русских иерархов-исповедников веры и мучеников. Все пришлось испытать архиерею на его апостольском пути: неоднократные аресты, ссылки, гонения, бессмысленные «перебрасывания» из одного края необъятной страны в другой: из Москвы — на Север, в Визингу, затем — в Казахстан, сначала в Алма-Ату, потом в Гурьев, из Гурьева в Уральск, в Омск и, наконец, к месту последнего пристанища в Ишим. А здесь, в далеком сибирском городе, за одно со всем духовенством, его арестовывают в последний раз и выносят приговор: «10 лет без права переписки». Это, как мы знаем теперь, означало — расстрел…

Итак, обычная судьба. Но тем необычнее черты личности епископа Дмитровского: непоколебимость младенческой веры, сила духа, бескомпромиссность, которая порой читателю может показаться чрезмерным ригоризмом. Непримирим он был к обновленческому расколу, к служителям

6

так называемой «живой церкви». Если случалось ему по неведению переступать порог храма, оказавшегося в руках «живоцерковников», — он тотчас же его покидал. Но и к политическому курсу митр. Сергия относился он строго. Не учиняя раскола и не примкнув к оппозиции, возглавляемой митр. Иосифом, владыка Серафим принадлежал, как его друг епископ Арсений Жадановский, к «напоминающим» местоблюстителя Сергия за литургией и воздерживался от совместного участия в молитве с «сергиянами».

Житие епископа Серафима составлено на основании записей духовных чад. О них мы не знаем почти ничего. Нам остались лишь их имена: это Анна, Татьяна, Клавдия. Ни малейшего значения не придавая своему подвигу, в силу бесконечного смирении, они и упоминают о себе нередко в третьем лице, как о лицах второстепенных.

Ревностно оберегал владыка Серафим свое малое стадо. Согреваемая духом его любви, паства в свою очередь оберегала своего пастыря от злобы и козней гонителей.

В ряду житийной литературы о новомучениках российских, прославление которых в России, смеем надеяться, совершится в самом недалеком будущем, эти записки займут подобающее место как житие одного из тех, «которых, — по слову ап. Павла, — весь мир не был достоин».

Краткое житие епископа Серафима (Звездинского), а также письмо к брату и «Слово при наречении во епископа» были опубликованы в «Вестнике РХД» № 133. Часть материалов публиковалась в четвертом выпуске религиозного альманаха «Надежда». Подробное жизнеописание, основаное на записях его духовных чад, а также проповеди, воспроизведенные видимо со слуха, публикуются впервые.

8

Святитель Серафим (Звездинский) родился в Москве в семье единоверческого священника (выходца из секты беспоповцев-раскольников) 7 апреля 1883 г. Мать его умерла через два года после рождения сына. Окончив начальное училище близь храма Св. Троицы (Троице-Введенская церковь), где настоятельствовал его отец, свящ. Иоанн Звездинский, будущий святитель (в миру Николай) был принят в Заиконоспасское училище на Никольской, учился успешно и по окончании поступил в семинарию.

В январе 1902 г. Николай серьезно заболел воспалением лимфатических желез. Врачи уже не ручались за его жизнь… Исцеление его — чудодейственно.

Сохранился следующий документ, адресованный отцом Иоанном настоятелю Саровской пустыни игумену Иерофею:

«Имею честь сообщить Вашему Высокопреподобию следующее событие в моем семействе: сын мой Николай, 18 лет, воспитанник III класса Московской духовной семинарии, прошедшего января 12 сего 1902 г. заболел

9

опухолью под правой мышцей (воспаление лимфы). Врач советовал сделать прокол и выпустить гной, но больной на это не соглашался. 25 января 1902 г. Вы осчастливили меня Вашим посещением; в это время я сообщал Вам о болезни и страдании моего сына. Болезнь его с часу на час усиливалась, больной сильно изнемогал, стали делаться обмороки; так продолжалось до 28 января. В этот незабываемый день через посланного Вашим Высокопреподобием в 6 часов вечера я получил книгу „Житие старца Серафима“ и образок его на белой жести; я этот образок принес к страждущему сыну, попросил его перекреститься и с верою приложиться к образу преподобного; он с трудом перекрестился, поцеловал образ и приложил к больному месту… О, дивное чудо! Болезнь утихла, страдания прекратились, больной успокоился. Ночью, сидя в постели, он молился и несколько раз целовал образок. В 5 часов утра он впал в забытье и уснул; через час просыпается и приглашает сестру, говоря: „Я весь мокрый, должно быть, сильно вспотел“, — но она увидела, что нарыв прорвался, белье и постель вся покрыта гноем. В настоящее время сын мой совершенно поправился.