Жили-были

Этот разговор начинался, как обычно, то есть, ничем изначально не напугал и ничего ужасного не предвещал. Алёна Каравайцева, главная заводила институтской компании, появилась в бутике нижнего белья, где Саша работала, и после минутного осмотра и парочки многозначительных взглядов и хмыканья, оторвалась от созерцания кружев и атласа, и начала вещать (то есть, конечно, рассказывать, «вещать» Саша от себя добавила и мысленно) об очередной встрече выпускников. Воспользовавшись тем, что посетителей в магазине в этот момент не было, облокотилась на стойку, наклонилась к Саше и заговорщицки подмигнула. Что выглядело в её исполнении немного глупо. Алёнке вообще не шло подмигивать. Она была идеальной толстушкой-веселушкой, и, глядя на неё, без всяких подмигиваний, всегда казалось, что она что-то замыслила. А уж когда подмигивать начинала, и вовсе хотелось рассмеяться, но уже в следующую секунду за голову схватиться. Но самое интересное, что Саша вообще не должна была ни за что хвататься, и даже отношения ко всему этому иметь, ведь она не училась вместе с Алёнкой и своей двоюродной сестрой. Она была младше на четыре года, у неё не было высшего образования, иначе, что бы она делала здесь, в бутике нижнего белья, на должности продавца-консультанта? Все эти мысли промелькнули в её голове, но Алёнка снова ей подмигнула, видимо, для усиления эффекта, и Саша сдалась. Отложила новый комплект белья, тоже наклонилась и посмотрела Каравайцевой прямо в лицо. Правда, предупредила ту:

— Мне страшно тебя слушать.

Алёнка, кстати, мать троих детей, восторженно хлопнула в ладоши.

— И правильно! Я превзошла саму себя!

— Разве это возможно?

Алёна гордо задрала нос, одёрнула короткую курточку на крутых бёдрах и приосанилась.

— Смейся, смейся. Что бы вы, вообще, без меня делали? Потерялись бы все давно, похоронили бы себя на работе.

Саша с пониманием покивала.

— Ты права. Так что происходит?

Алёна тут же заулыбалась.

— Я же говорю, я превзошла саму себя. Собрала почти всех. Ну, кроме Орлова и Карповой, из Питера и Риги они точно не поедут. И Новиков артачится, занятой наш налоговый инспектор. — Алёнка рукой махнула. — Ну и чёрт с ним. Он считает, что если перевёлся от нас на третьем курсе, то мы ему уже и не товарищи. А остальные все будут.

— Очень за вас рада, — ответственно заявила Саша.

Алёнка нахмурилась, наблюдая за ней.

— А ты чего куксишься? Скажи ещё, что не придёшь.

Саша посмотрела на неё с явным намёком.

— Алёна, я с вами не училась.

— И что? Тебя всё равно каждая собака знает.

— Какой-то сомнительный комплимент.

— Да ладно тебе, Сань. Мы последние пять лет всегда одной компанией встречались, и ты всегда приходила. Если так разобраться, то там половина наших уже чужие. Но всё-таки такая дата, пятнадцать лет с поступления. Вот я и постаралась. — Алёнка ей деловито кивнула. — Анжелика тебе разве не звонила?

— Звонила, — с лёгким вздохом призналась Саша, припомнив вчерашний телефонный разговор с двоюродной сестрой. — Правда, она не сказала, что будет куча народа. Я думала, опять посидим у Старикова на даче, шашлыки пожарим…

— Она сама ещё не знала, у меня только вчера всё так удачно сложилось. Кстати о Старикове. Он обещал помочь с кафе, у него знакомый есть. Так что, готовь платье.

Саша глаза закатила.

— Начинается.

Алёна постучала пальцем о псевдо-мраморную стойку.

— Надо, Саня, надо. — И следом улыбнулась. — Представь нас в красивых платьях, с причёсками. — Алёна схватила кружевные трусики-стринги, и со смешком потрясла ими у Саши перед носом. — Вот в этом.

Саша выхватила у неё алую вещицу.

— С ума ты совсем сошла, Каравайцева. Это кто на тебе увидит? К тому же, у тебя муж есть. Забыла?

— Не забыла, — передразнила её Алёна. — Может, для него и прикуплю.

— Ты только обещаешь каждый раз.

— Ну, так что, договорились? В следующую субботу, гуляем, танцуем и пьём водку.

Саша поневоле рассмеялась, но затем решила ужаснуться:

— Водку?

— А что? Помнишь, как на Восьмое марта классно было?

— Не помню, Алёна, в том-то и проблема. И Старикову передай: я больше с ним не пью.

— Да ладно тебе выделываться, Богатырёва. Оставь это Анжелике, у неё куда лучше получается. — Алёна посмотрела на часы и заторопилась. — Всё, я побежала, мне ещё нужно с кафе разобраться. Увидимся в субботу. И не вздумай больной притвориться! Помни, я знаю, когда ты врёшь.

Отвечать на это Саша сочла ниже своего достоинства, лишь фыркнула чуть слышно, но рукой подруге на прощание махнула.