Жгучая ярость

 - Помоги...

  Негромкий голос заставил вздрогнуть.

  Антон отвлекся от показателей на мониторе, посмотрел сквозь стекло на существо внутри куба. Взгляд гуманоида пробрал до дрожи.

  - Помоги...

  - Вы мне? - глупо переспросил Антон.

  Сомневаться не приходилось: подопытный действительно пошел на контакт. Не с кем-то из опытных ученых с коллекцией развешанных по стенам дипломов, а с ним, вчерашним выпускником, взятым в лабораторию по знакомству на должность ассистента третьего помощника...

  ...глаза у него были больные. И очень усталые. Поза, в которой он сидел, свидетельствовала скорее о смирении, чем агрессии: на полу в углу, плечи ссутулены, ноги вытянуты и слегка разведены, руки на коленях. Едва ли он походил на кровожадного монстра, какими бистов описывали на лекции.

   - Холодно... - выдохнуло существо облачко пара.

  В кубах поддерживали отрицательную температуру, а тонкая роба совсем не грела.

   - Ваша терморегуляция должна справляться, - пробормотал Антон озадаченно. С сомнением изучил данные на экране. - Хотя сердцебиение замедлено...

   - Это ошибка, - прошептал бист. - Я не... не могу больше. Пожалуйста...

  Антон заволновался. Угробить ценный образец ни в коем случае нельзя, он стоит раз в десять дороже жизни самого Антона. Никто не станет слушать оправданий, если к приходу профессоров существо околеет.

  Бист подтянул колени к груди. Поведение до боли напоминало человеческое, у Антона даже в груди заныло. И жалко его, и за себя страшно, и предпринимать что-то без одобрения начальства слишком рискованно.

   - Послушайте, я позвоню своей старшей, - пообещал неуверенно. - Спрошу, что можно сделать... Потерпите немного, ладно? Я быстро.

  Он развернулся, быстрым шагом пересекая пустое пространство. В голове порхала стайка бессвязных мыслей, но и они подло улетучились, когда за углом обнаружилась куратор. Она стояла неподалеку и наверняка слышала всю беседу.

  - В-вот, - выдавил Антон, заикаясь от волнения. - Он сказал...

   - Вы читали правила нахождения на объекте, прежде чем подписать договор? - перебила женщина.

   - Конечно, я...

   - Тогда вам известны, - снова не дала ему договорить, - требования к поведению сотрудников режимного объекта?

   - Конечно, Анна Сергеевна, я только...

   - Нарушили регламент обращения с подопытными и не выполнили работу, ради которой вас наняли. Я вижу данные по двум экземплярам. Где третий?

   - Я немедленно продолжу обход, - сдался парень. - Простите, что подвел вас.

  Анна холодно кивнула.

   - Идите, стажер. Знайте, запись об этом инциденте появится в вашем личном деле.

  Он помедлила, давая Антону скрыться за двойными металлическими дверьми, прежде чем подошла к кубу.

   - К чему этот спектакль?

  *

  Он стоял по ту сторону, опираясь на стекло ладонями. Высокий, мощный, сообразительный и смертельно опасный. У него не было имени, только номер и условное наименование, но после месяцев работы с ним и сотней-другой угроз вкупе с изощренными описаниями пыток, я панибратски звала его Рош. Право, зачем оставаться профессионально бесстрастной с тем, кто при каждой встрече словесно смакует твою смерть?

   - Он поверил мне, - довольно сказал бист. - Сопереживал.

   - Ты многому научился, - согласилась. - Но зачем тебе сочувствие человека?

   - Людей слишком много. Приходится это учитывать.

  Я кивнула, признавая его логику.

   - Ты умен, - озвучила свои мысли. - Единственное, что тебя сдерживает, - куб.

   - Ненадолго, - шепнул он, от удовольствия прикрыв глаза. - Подожди еще немного, Анечка...

  Хотела бы я, чтобы ласковое обращение в контрасте со словами не трогали меня, но он подцепил это обращение буквально несколько дней как, и я еще дергалась.

   - Мы и так постоянно вместе, - вздохнула, припомнив расписание. - Не надоела?

   - Ты являешься мне в фантазиях, - признался он, щурясь. - Твое сердце продолжит биться по инерции, когда я...

   - Вырвешь его голыми руками, да-да, - отмахнулась я: сегодня он не был оригинально. - Пожалуй, если бы ты переключился на горизонтальную плоскость, я впечатлилась бы сильнее.

  Он склонил голову к плечу.

   - Горизонтальную плоскость?

   - Секс, - расшифровала на автомате: когда-то обучить бистов языку было первоочередной задачей. - Плотское влечение.

  Его перекосило. В обычное время бисты проявляли мало эмоция, но если удавалось добиться искренней реакции, сокращались несвойственные нашему виду мышцы, и внешне человеческие лица искажались.

  Любопытство подтолкнуло спросить:

   - Что?

   - Хрупкие кости, - прокомментировал Рош. - Необходимость сдерживаться.

  Разница в физиологическом строении у наших видов была существенная. Спросить бы о женских особях, но гарнитура голосом начальника озвучила приказ явиться.

   - Увидимся завтра, - попрощалась деловито. - Не скучай.