Жертвы Обряда

(Дорогие читатели, не забываем, что имена главного героя и его братьев изменились:

Рафаэль – Аиррэль

Михаил – Митраэль

Габриэль – Дарвиэль

Ориэль – Онтариэль

Решение далось непросто, но я думаю, так будет лучше: меньше хейта на книгу. Надеюсь, вы сможете принять эти изменения. (имена демонов останутся как есть).

– Не спи на холодном полу смертная, а то заболеешь, – Велиал очнулся за полночь и выглядел всё ещё бледно и помято. Он растормошил меня, вырывая из объятий беспокойного сна, и моментально исчез, стоило мне открыть глаза.

Прежде чем уйти, Митраэль сказал, что заново установит защиту, скрывая местоположение меняя координаты и точку перемещения, будто Люцифер не знает дороги. Я лишь кивала и соглашалась, хотя сейчас мало понимала смысл слов и лишь смотрела на Аиррэля, едва сдерживая слёзы.

Вся моя одежда сгорела в огне, но я смогла отыскать какие-то тряпки в одной из комнат на третьем этаже. Мне оставалось только ждать, пока демон окрепнет настолько, что сможет принести вещи из Терры. Сейчас язык не поворачивался просить его об этом, могу и потерпеть пару дней.

Всю следующую неделю погода за окном стояла мрачная и тоскливая. Проливной дождь бил по окнам со страшной силой, а капли дождя, достигнув земли, превращались в пузыри и причудливо лопались. Ночами начинались зловещие грозы: молнии непрерывно сверкали на чёрном небе, освещая землю, а мощные раскаты грома заставляли своды замка содрогаться. Дом погружался во мрак, но бывали секунды, когда внутри становилось светлее, чем днём – раскалённые разряды делили небо на изломанные части своими зигзагообразными стрелами-молниями и сверкали, подражая фейерверкам.

Дни и ночи я проводила у изголовья Аиррэля, наблюдая за тем, как ангел спит. Не знаю, слышал ли он, как я рассказывала ему истории, которые когда-то бабушка читала мне на ночь, прививая любовь к литературе.

Когда мой запас историй и сказок истёк, я пошарила в книжном шкафу Аиррэля и, к своему удивлению, отыскала множество достойных произведений. Среди свитков и древних талмудов, стояли томики хорошо знакомых мне писателей, но внимание привлёк Лавкрафт. Ужасы. Да, сейчас самое время прочитать парочку жутковатых рассказов, а звук дождя и тусклый свет догорающей свечи лишь способствовали погружению в мрачную и мистическую атмосферу.

Взяв книгу в руки, я начала читать вслух небольшие рассказы. Иногда замирала, бросая грустные взгляды на любимого мужчину и размышляя о том, что чувствуют люди, чьи родные находятся в длительной коме? Сначала в их сердцах живёт надежда и они всячески хватаются за неё, обещая бороться до последнего. Но дни проходят, а вера истончается, иссушаются на глазах слёзы и наступает горькое осознание случившегося. Разум твердит одно, а сердце продолжает верить. Верить в обыкновенное чудо, а может быть в Бога… Или во всё сразу, хватаясь за любую надежду?

Но рано или поздно хватка ослабляется и на смену надежде приходит принятие неотвратимости, невозможности изменить реальность, и годы пролетают в ожидании новостей. И не важно каких: хороших или плохих, лишь бы сдвинуться с патовой точки, но всё же… лучше хороших, потому что вера, надежда и любовь – умирают и покидают тело вместе с душой. И именно эти три чувства сильнее всех на белом свете. Ради и во имя них люди совершают подвиги, преодолевают преграды и достигают высот. Аиррэля я готова была ждать столько, сколько потребуется.

Прогремел внезапный раскат грома. Я вздрогнула и чуть подпрыгнула на стуле, а к чтению вернулась без прежнего энтузиазма, ведь описываемые Лавкравтом ужасы оказались даже ближе, чем он мог предположить. Мне не обязательно читать о них – достаточно протянуть руку или обернуться…

***

В одну из ночей у нас случилось происшествие: молния поразила близстоящее дерево, и оно упало в комнату архангела. Я не успела и глазом моргнуть, как на полу уже валялся огромный ствол, заслоняя собой чуть ли не всё помещение. Ветки покачивались, а с листьев стекала вода.