Женщины

Вы когда-нибудь обращали внимание, как на вас смотрят официанты, стоит перешагнуть порог кафе или ресторана, дорогого или сетевого, расположенного в центре города или где-то на периферии? Некоторые скользят по вам взглядом не пытаясь скрыть безразличия, другие изображают улыбку, глаза при этом остаются пустыми и равнодушными, а есть и те, кто просто пробегает мимо, а у вас остаётся полное ощущение себя как пустого места. Это должно быть всё потому, что опытные официанты с первого взгляда могут определить, что за птица залетела на этот раз и что от неё можно ожидать. Скорее всего, есть у них и свои нехитрые категории или обозначения, кодовые слова по отношению к любой категории посетителей. Наверняка, на кухне они так передают друг другу информацию: толстосум зашёл, пузатый и жадный, или ещё одна залетела, ничего не едящая и не пьющая – «мне тёплой водички с лимоном, пожалуйста»; или сидят эти «душа на распашку», уже пьяные и добрые – с них можно будет получить неплохие чаевые. Заходят в кафе и рестораны ЗОЖницы и пьяницы, диетчицы и обжоры, жадные и щедрые, высокомерные и очень простые, занудные и весёлые – всех не запомнить – да и незачем. Улыбнулся, качнул головой и дальше бежать по одному маршруту – кухня – зал, зал – кухня и так по кругу, пока смена твоя не закончится.

«Столовскую» еду на работе Алла на дух не переносила. От одного запаха, который настойчиво возвращал в школьное детство, воротило. А этот запах въедался в волосы, в одежду, в кожу и оставался в каждой клеточке тела на весь день. И, придя домой, Алла как можно скорее скидывала с себя пропитанные запахом вещи, принимала душ и лишь тогда могла снова свободно дышать. Она пробовала носить с собой еду из дома – сомнительная затея, как оказалось. То забудешь, то в сумке протечёт, то окажется слишком мало, а то, наоборот, не съесть. Вот и озадачилась Алла поиском приличного места для обеда рядом с работой. «Главное, – думалось Алле, – успеть прийти, поесть и вовремя вернуться на работу. Уложиться в отведённый час и не отравиться».

Заглянув то туда, то сюда, обойдя многие места «с именем», Алла без особой надежды как-то забежала в маленькое кафе, которое по началу даже не рассматривала из-за отдалённости от работы. Всё-таки до него дольше всего идти. Снаружи кафе ничем не выделялось: незатейливое название, простая вывеска и вход, немного спрятанный от основного людского потока. Но на удивление внутри было многолюдно. Алле сразу понравился запах – ведь запах для ресторана при первом знакомстве также важен как одёжка для человека. Необходимо, чтобы аромат сразу завлёк, очаровал и больше не отпускал. А в кафе пахло свежей выпечкой, густым кофе и немного специями. Заманчивое сочетание утренних и обеденных запахов.

Алла села за единственно свободный столик рядом с окном. Осмотрелась. Интерьер незатейлив. Деревянные столы и стулья, акварельные зарисовки на стенах, кое-где стояли небольшие вазочки с очевидно искусственными цветами. «Таааак! Салфеток нет. Пятна на столе», – сморщилась Алла. Но есть хотелось смертно, а времени на смену места совершенно не было – руководитель был в офисе и опаздывать никак нельзя. Алла ещё раз вздохнула, сморщила нос и с тоской стала ждать официанта, как иногда на работе приходилось ждать какого-то совещания или встречи – точно знаешь заранее кто и что будет говорить, а времени и усилий на разговор придётся потратить.

Алла упёрлась взглядом в окно – а там жуть и тоска – московская серость накрыла город, непрестанно моросил дождь, какой-то пьяница просил милостыню, а в аптеке напротив слишком яркая и броская бегущая строка предлагала скидки на лекарства от геморроя. «Мрак», – простонала Алла. Как же тоскливо начиналась для неё эта осень. Не послушав мужа, который отговаривал от работы, а наоборот предлагал куда-нибудь уехать отдохнуть, Алла твёрдо решила заняться самореализацией. Быстро нашла интересное предложение и устроилась пахать, как пашет большинство в этом городе. Сначала всё было довольно-таки неплохо – новый круг общения, чувство собственной важности и, конечно, небольшие, но свои заработанные деньги. Теперь же Алла жалела о своём решении – её мучили ранние и мрачные подъёмы на работу, раздражали все люди на свете, и особенно доводили коллеги в офисе, пробки утром, пробки вечером, какая-то вечная усталость и апатия, дождь и слякоть, грязь, серость и можно продолжать очень долго. А особенно на Аллу давило, убивало настроение и желание жить, данное самой себе обещание не есть сладкого и мучного.

А сейчас Алла сидела в кафе, где так вкусно пахло свежим хлебом, горячими круассанами и сдобными булками – ей даже казалось, что она чувствует хлебный мякиш у себя в руке, такой плотный, но податливый, слипающийся при сильном нажатии и тающий во рту.