Жена врага. Я тебя присвою

Сергей

Наши дни.

Показ мод.

Больше похожий на ярмарку эскортниц.

Девушки вышагивают маршем по подиуму, красивые, гладкие, ровные, но, странное дело, я не чувствую эрекции.

Мне совсем не интересно глядеть на них. Я смотрю сквозь – прямо на своего заклятого врага. Человека, который должен ответить за свои чертовы прегрешения, умереть в адских мучениях.

Напротив меня сидит он - Давид Чопурия. И я вижу, что он несколько раз незаметно поправляет член в штанах, реагируя на девочек, которые смотрят на него сверху вниз, демонстрируя тряпки. Глаза его масляно блестят. Уверен, он бы не стал церемониться и уже давно нагнул кого-то из этих лощеных манекенщиц. Но держится. Держит себя в руках – улыбается своей отбеленной керамической улыбкой, потому что рядом находится весь цвет этого чертова города. Который он хочет возглавить после выборов.

— Шампанского? — Наклоняется ко мне девушка, сверкая декольте. От нее исходит запах приторных духов, и желание, всколыхнувшееся на мгновение, тут же пропадает. Противно.

— Нет. — Сейчас бы подошла бутылка чистого односолодового виски.

— Если вам чего-то захочется, дайте мне знать, — она стреляет прицельной улыбкой и отходит. Я сижу в первом ряду – место для богатеньких буратино, и потому персонал этого закрытого показа мод сделает все, чтобы я ни попросил.

Но я смотрю на своего врага и чувствую только одно - черную ненависть.

Сжимаю руки в кулаки, потому что перед глазами начинает сгущаться тьма.

Дышу ровно. Вдох – выдох, и пульс, набравший скорость, постепенно успокаивается.

Да, мне нужно прикончить Давида Чопурию, но не сейчас.

Я хочу, чтобы он страдал, чтобы корчился в агонии. Захлебывался рвотными массами. Пытался вырвать себе глаза, чтобы не видеть того, что причиняет боль его черной душе.

Хочу, чтобы его сердце рвалось из грудной клетки. Натянутые жилы трещали, как дрова в огромном костре.

Мне нужно, чтобы он издох, как собака. Но только после того, как мои страдания и тупая боль отольются в его теле.

Показ мод, простая пуля в лоб с места напротив – это не то, о чем я мечтал долгие семь лет. Совсем не то.

Потому что это слишком просто для этого отродья.

Я возьму самое дорогое, что у него есть, сожму в кулаке, раздавив на мелкие части, и пущу эту пыль прямо в его озверевшие от боли глаза.

Он будет корчиться в агонии, но не сможет ничего изменить, совсем как я когда-то…

Музыка меняется, и на сцену выходят мулатки.

Я в упор смотрю на Чопурию, и ловлю все оттенки его звериного, противного возбуждения.

Это не человек, это гадкий койот – он уже не может скрыть свою похоть, которая разливается по венам, заставляет округляться глаза. Но в какой-то момент он вдруг с трудом отрывает взгляд от молоденькой манекенщицы и смотрит прямо, туда, где заканчиваются кулисы.

Там, в темноте, куда не добирается свет софитов и любопытствующие фонари сотовых телефонов, стоит девушка. Она внимательно, немного волнуясь, следит за тем, как проходит показ. Изящная фигура, закованная в длинное темное платье с рукавами до запястья, высокий каблук-шпилька, блестящий из-под подола, длинные волосы, убранные наверх, открывают лицо сердечком.

И меня словно ударяет обухом по голове.

Потому что она невероятно выделяется из всей этой черно-белой массы. Она расцветает яркими красками, словно жар-птица, от нее исходит ореол этого прекрасного, почти забытого мною волшебства - весь спектр цвета.

Это удивительно - снова видеть цвета. Снова вбирать в себя все эти оттенки. Снова восторгаться многообразием мира, и от того чувствовать себя хоть ненадолго, но живым.

Захлебываюсь от неожиданности.

В груди печет. Чувствую потребность вскочить и в одно мгновение оказаться рядом с ней, чтобы вобрать в себя все то, что она распространяет - жадно вглядеться в цветную палитру красок.

Девушка складывает руки спереди, и от этого движения ее полная, красивая грудь приподнимается, чуть перекатываясь к тонкому, как лезвие ножа, вырезу. Я чувствую, что мой член не просто заинтересованно приподнимается. Он встает колом. Даже на расстоянии, в темноте и в этом ужасном балахоне, скрывающем каждый сантиметр ее молочного тела, девчонка умудряется излучать настоящее притяжение.

Я очень хорошо его чувствую.

И не только я.

Рядом с ней задерживается официант.

По телу пробегает дрожь - мне хочется вырвать ему глаза. Странное желание.

Он кивает ей, и она вдруг замирает.

Смотрит вперед, за мою спину.

И я знаю, на кого. Давид Чопурия за моей спиной напрягается. Сужает глаза. Недовольно скрипит зубами. На его щеках начинают играть желваки.

Он чувствует тоже самое, что и я - хочет избить в мясо этого официанта, который посмел заговорить с ней.

Девушка тут же ныряет за штору, присоединяясь к организаторам шоу. Как зверек, почуявший опасность.

Моя мишень ведет плечом и немного расслабляется, и через секунду этот хренов гандон уже раздевает глазами одну из мулаток на сцене.

— А сейчас поприветствуем нашего дизайнера, фею, сотворившую это волшебство!