Однажды я стала женой проклятого герцога: Змеиный Король

Перчатки.

Перчатки — это первое, что я заметила.

Когда я вошла в небольшую комнату тем вечером во время Зимнего Бала, герцог Блеймонд уже ждал меня. На нем были черные кожаные перчатки, жесткий темно-синий мундир с эполетами, застегнутый на все серебряные пуговицы, и он стоял возле высоких окон, опираясь на трость с головой совы. Комната была убрана в золотом и изумрудном тонах, а потолок украшала роскошная лепнина с огромной люстрой по центру.

Проклятый герцог Равеллиан Блеймонд — дальний родственник королевской семьи и самый молодой генерал Эленейроса, который погасил один из сильнейших прорывов монстров на границе с Мертвыми Землями. Поговаривали, что он сам стал монстром из-за ранения в ноге. Его укусили. И даже самые необученые граждане королевства знают, что подобный укус — смертелен.

Но герцог жив. И стоит прямо передо мной.

Господин Блеймонд медленно пересек комнату и закрыл дверь. Я напряглась, сжав пальцы за спиной, и приготовилась, ко всему, что последует.

— Итак, госпожа Ария Тернер. Вы искали встречи со мной?

Он был чуть ниже Киллиана, но всего равно очень высок. Угольно-черные волосы спадали на лоб, прикрывая препарирующие темные глаза.

Конечно, мне было до одури страшно просто находится с ним в одной комнате. Его сила вибрировала в воздухе и застревала где-то у меня в горле. Но я никогда бы не показала свой страх. В конце концов, чудовища только этого и ждут, прежде чем напасть.

— Верно.

— Вы столь рьяно добивались моего визита. Это похвально. Но зачем?

— Вас действительно зовут Равеллиан Блеймонд?

С уст герцога вырвалась странный звук — то ли усмешка, то ли выдох на грани смеха. Но лицо по-прежнему оставалось серьезным.

— Да.

— Вы не сочтете за дерзость, если я проверю?

Уголки губ герцога слегка приподнялись.

— Делайте все, что пожелаете.

Слегка нервничая, я отвернулась и осторожно вытащила из под корсета заговоренную бумагу. А когда обернулась, смущенно уточнила:

— У вас не найдется перо и чернила?

Маг смотрел на меня с секунду, а затем поднял руку, и на деревянном столике, стоящем посередине гостиной, появились пишущие принадлежности. Шурша платьем, я прошла к диванчику и, обмакнув перо в чернила, написала письмо:

Истинному герцогу.

Равеллиану Блеймонду.

Заговоренная бумага тут же исчезла со стола, и вспыхнула перед лицом герцога Блеймонда. Я с облегчением выдохнула… это он. Тот, кого я искала все это время.

Поднявшись с дивана, я медленно подошла к мужчине и, заглянув в его темные глаза, произнесла:

— Герцог Равеллиан Блеймонд… — мой голос дрогнул, — вы станете моим мужем?

Мужчина прищурился.

— Разве мы встречались с вами раннее?

— Нет.

— Вы являетесь эрцгерцогиней?

— Да.

— Тогда с какой целью вы хотите заключить со мной брак, госпожа Ария?

Я вздохнула, собираясь с силами.

— Я предложу вам самые выгодные условия. Взамен вы можете попросить все, что угодно: деньги, земли, Младые Горы с залежами изумрудов. В качестве приданного также могут идти родовые артефакты. Назовите цену, господин Блеймонд.

По лицу герцога прошла тень.

— Я правильно понял, что сейчас вы продаете себя, госпожа Тернер?

Я сглотнула.

— И да, и нет.

— Какой многозначительный ответ. И на что вы готовы пойти ради нашего брака?

С ответом я не медлила ни секунды:

— На все.

— Даже на церковное бракосочетание?

Я судорожно выдохнула, чуть не пошатнувшись. Церковный брак нельзя расторгнуть, его нельзя опровергнуть или заключить иной после развода супругов. Развод невозможен. Ни при каких обстоятельствах. Даже если герцог умрет, я навсегда останусь вдовой и лишусь возможности выйти замуж за любимого человека.

— Я бы хотела заключить временный договор, скажем на два года. Но если это будет для вас неприемлемым, тогда я соглашусь на церковный брак.

— Вы будете связаны со мной на всю жизнь, госпожа Тернер. А вы едва меня знаете.

— Вы правы, — медленно произнесла я. — И мои намерения чрезвычайно серьезны.

— Настолько серьезны, что вы готовы пожертвовать собственным счастьем? Я могу пообещать вам лишь безопасность, но не любовь, не тепло, не утешение. Не знаю, существуют ли эти вещи сейчас в браках, но со мной вы их точно не обретете. Я не могу иметь детей, госпожа Тернер, а также я редко бываю дома. Вы будете одиноки. Вы готовы пойти на это?

По какой-то причине эти слова обнадежили меня. Лучше горькая правда, чем сладкая ложь.

— Да, — ответила я без колебаний. — Я готова.

— И все же я бы хотел услышать истинную причину. Почему вы предлагаете брак именно мне?

Я опустила глаза в пол, не зная, что и ответить, а когда вновь подняла взгляд на Равеллиана Блеймонда, тихо и честно выдохнула:

— От этого зависит моя жизнь. И только брак с вами может меня спасти.

Герцог прищурился, рассматривая кулон у меня на шее.

— Его высочество Себастьян Кайдзен приложил к этому руку, верно?

Я покачала головой. Все это казалось бессмысленным.

— Нет. Пока нет.

— Хорошо. Когда вам исполняется восемнадцать?