Жена на миллион

Багратов

— Хотела уйти? Сначала роди наследника!

Грохот выбитой двери звучит для моего слуха, как музыка! Вид вздрогнувшей Серафимы радует. Добегалась, красавица. Она даже не дышит. Перепугано смотрит на меня. Не верит, что я ее так быстро нашел?!

Ни за кем я с таким азартом еще не гнался! Не ел, не спал. Всех загнал до седьмого пота. Не пожалел ни денег, ни сил. На все забил! Позади — руины. Но нашел.

По крови гуляет отрава. Вдохнув воздух, понимаю, так пахнет она — моя сладкая заноза. Моя добыча. Попробуй теперь убежать! Глаз не спущу.

Серафима казалась мне глупышкой. Но ей хватило ума отравить меня, подсунуть в невменяемом состоянии бумаги на развод и сбежать. Хитрая какая. С телефона моего еще кучу приказов подчиненным разослала, деньжат заимела и сбежала! Пришлось за ней побегать. Но результат того стоил. Теперь я ее не отпущу.

Серафима распахивает пышные губки и сразу же прикрывает их, не в силах сказать ни слова. Молча смотрю на нее в ответ. Дыхание до сих пор частое, как после спринтерского забега. Пора успокоиться, но адреналин не утихает.

Взгляд заостряется на высокой девичьей груди, едва скрытой полупрозрачным кружевом. Нижнее белье — из той же серии. Красиво, завлекает! Любой мужик бы слюни на такое пустил. Интересно, для кого она так нарядилась? Неужели ухажера себе нашла, что ли?! Когда успела?

Я хорошо помню, какой увидел ее впервые — перепуганная деваха с деревенской длинной косой. Не умела ни одеваться, ни краситься, в саду возилась, секатором кустарники стригла. В доме родного отца жила в качестве прислуги! Сейчас — другая. Один выбор нижнего белья чего стоит.

— Зачетные трусы.

Хлопаю в ладоши намеренно громко.

— Кажется, я все-таки привил тебе, деревенщина, вкус к хорошему шмоту. Выглядишь роскошно!

Волосы собраны в красивый, аккуратный пучок, открывая вид на тонкую, изящную шейку. У нее появился вкус. Я — тому причиной. Платил ей за уроки танцев, стиля и этикета. Научил выглядеть красиво, пылинки с нее сдувал, а она — сбежала. Гадина вонзила нож в спину в момент, когда я был готов весь мир бросить к ее ногам из-за одной улыбки!

Серафима осторожно движется в сторону и надевает халатик. Серафима пытается придать своим движениям уверенность, но узел рассыпается. Не отвожу взгляда нарочно. Серафима просто держит халатик на груди руками, прячась от моего взгляда.

Не спрячешься. Сожру.

— Зачем ты здесь?!

На «ты»! Похвально! Хоть это она запомнила, что выкать — плохая идея.

— У тебя в ушах сережки на полляма, а лучше бы слуховой аппарат там болтался. Повторяю, хотела уйти? Сначала роди наследника!

В ответ ее глаза становятся круглые, как плошки.

— Какого наследника?!

Я понял, что сказал, лишь в момент, когда она переспросила. Наследника захотел. То есть младенца. Розовощекого, горластого ребенка!

Вот так сюрприз! Надо же, куда меня занесло! В прошлом я от Серафимы хотел лишь одного — в постель затащить, удержать при себе.

Сейчас мои планы изменились. Вырвалось неосознанное. Поздно менять план.

— Моего наследника!

— С ума сошел? Мы даже не спали ни разу! Я не беременна!

— Исполнишь супружеский долг, залетишь, как миленькая.

— Мы… мы в разводе. Брак был фиктивным!

Развод?! Фиг тебе, милая! Козе хватило ума подсунуть мне бумаги на развод в невменяемом состоянии. Даже сообщение юристу кинула с моего телефона, чтобы он поскорее все оформил как полагается.

Умная… Но не прокатило. Юрист заподозрил неладное и ничего делать не стал без дополнительного разговора со мной. Возможно, Серафима хотела улизнуть от меня. Но план у нее был состряпан на коленке, шит белыми нитками.

Дурочка, думаю с ядовитой нежностью. Хорошо, что ты такая дурочка.

— Развод аннулирован. Ты моя жена и исполнишь супружеский долг. Ты сделаешь это по-хорошему…

В ответ Серафима ярко сверкнула глазами, намереваясь возразить.

— Или по-плохому.

Серафима ищет взглядом, куда убежать. Единственный вариант отхода — только через мой труп. Я теперь буду всегда настороже и не допущу тупых проколов на ровном месте.

Доверия к ней — нет никакого. Встретившись своим взглядом с моим, переводит его в пол и начинает пятиться. Быстро настигаю ее в углу, обхватив за тоненькую талию. Глаза огромные и чистые, на стрекозу сейчас похожа. Хрупкая, невесомая. Сломать — проще всего!

— Своим побегом ты меня разозлила, Мышонок. Я говорил, что не трону тебя. Но теперь мои желания изменились. Теперь я хочу наследника! Исполни прямую обязанность жены.

— Ничего о таком не знаю! — лопочет вздор, очаровательно краснея.

— Родишь мне наследника, получишь обещанный миллион, а потом уходи, куда хочешь!

Целюсь губами в ее губы. Серафима коварно успевает повернуться щекой. Целовать меня не хочет! Ее глаза буравят меня едкими молниями с обещаниями непокорности. Такое неповиновение заводит еще больше. Стискиваю еще крепче, прикусываю за шейку.

— Хватит! Ты меня пугаешь! — трясется.