Зеркала (Бартер)

ДЖЕЙН: Леон, ещё один такой «удачный» брак — и нам придётся объявлять банкротство.

ЛЕОН: Могло быть и хуже, если бы не твоя блестящая защита.

ДЖЕЙН: Хуже?.. Как в том анекдоте. Одна подруга другой рассказывает: «Сосед уехал в командировку, должен был вернуться домой в пятницу, а приехал в четверг. Застал у жены любовника. Схватил пистолет, жену убил, любовника убил, сам застрелился…». Подруга ей отвечает: «Могло быть и хуже!» — «Куда же хуже?» — «Мог в среду приехать…»

Леон и Джейн смеются.

ДЖЕЙН: Что касается твоего развода… Условия вердикта — хуже некуда. Первый брак обошёлся тебе миллионов на пять дешевле. А дальше — что будет? Знаешь, если тебе снова захочется жениться, женись на…

ЛЕОН(перебивает): …тебе?

ДЖЕЙН: Нет, на мне — не нужно. Я знаю законы ещё лучше твоих жён. Можешь сразу всё переписать на меня и поступить ко мне, ну скажем, — личным шофёром.

ЛЕОН: Ты забыла — у меня ещё полгода не будет прав.

ДЖЕЙН: Да, действительно. В общем, рекомендую: женись на филиппинке, кореянке, да на русской, наконец!.. Чтобы они не знали наших законов. И умоляю — никаких контрактов! Кстати, у тебя ведь бабушка с русскими корнями, из Братиславы, кажется?

ЛЕОН: Из Бобруйска.

ДЖЕЙН: Ну, это рядом… Ты рассказывал, она готовила русский суп, похожий на минестроне, со странным названием… (пытается вспомнить).

ЛЕОН: Борщ. Спасибо, Джейн, ты не только замечательный друг, но и… Как это называется у вас на Сицилии — консильери, советник…

ДЖЕЙН: Хочешь, я сброшу тебе номер агентства, которое занимается заморскими невестами?..

ЛЕОН: Спасибо. Понадобится — сам найду.

БОРИС: Тебе понравился десерт?

ЛЕНА: Мне здесь всё нравится. Думаю, это лучший китайский ресторан в Москве.

БОРИС: Судя по тому, сколько здесь настоящих китайцев, — кухня превосходная.

ЛЕНА: А что, бывают ненастоящие китайцы?

БОРИС: Да. Например, мы с тобой. Я даже палочками есть не умею.

Официантка приносит Борису и Лене традиционный десерт, венчающий трапезу, — печенье на серебряном подносе. В каждом запечена записка с фразой — «пророчеством». Борис первым разламывает печенье, достаёт записку.

БОРИС(читает): «Ваша жизнь только начинается». А что у тебя?

ЛЕНА: Я не верю этим предсказаниям. Когда у нас появились китайские рестораны, мы с девчонками ходили туда чай пить, на большее денег не хватало… Я даже собирала эти записки. Но ничего, ничего не сбылось. Не хочу расстраиваться…

БОРИС: Так не честно. Я же своё открыл.

ЛЕНА: Печенье — не аккредитив, чтобы, открываться. Хотя китайские аккредитивы тоже не всегда открываются…

БОРИС: Поэтому тебе так нравятся бартерные контракты? Лена, не вспоминай об этом, сегодня столько новых рынков, что жалеть о старых не придётся. Без стали дома нигде не строят… Открой. А вдруг там бизнес — совет?

ЛЕНА: Ладно, если ты настаиваешь…

Лена разламывает печенье, в нём — кольцо с бриллиантом, завёрнутое в записку. Она разворачивает её и читает вслух: «Выходи за меня замуж».

Борис становится на колено, смотрит на Лену взглядом, полным любви. За этой сценой из-за портьер наблюдают официанты и повара ресторана. На Лену и Бориса обращают внимание другие посетители. Все аплодируют, и Борис надевает кольцо на палец любимой.