Земное притяжение

Елена Ржевская

Земное притяжение

Глава первая

Подходя к дому, Лешка издали увидел Жужелку. Она обрадованно помахала ему рукой.

Он крикнул:

- Сдала?

Она подняла растопыренную ладонь, загнув внутрь большой палец.

- Четыре? Ого! Я же говорил. Ты далеко полетишь. А что ты тут делаешь?

Жужелка смутилась, приподняла плечи, острые ключицы показались в широком вырезе платья.

- Так просто. Хотела тебе рассказать. Я ведь уже давно пришла. Мне, Лешка, знаешь как повезло! Вот слушай, какой мне билет попался: равнобедренные треугольники, потом уравнение совсем простое, но главное задачка. - Она быстро затараторила, пересказывая условие задачи.-Ну вот, и надо найти вот этот угол, понимаешь? - Объясняя, она быстро проводила носком босоножки невидимые линии по асфальту.

- Сдала, и ладно, - сказал Лешка. Он еще осенью бросил

школу и не изучал этого. - Одним экзаменом меньше. А я сейчас в порту был. Там ребята отчаливали в Камыш-Бурун. На строительство .комсомольского цеха.

- В Камыш-Бурун? Твои знакомые?

- Да нет. какие там знакомые. Я бы тоже поехал. Запро.

сто. Если бы все туда не ехали. А то вечно одно и то же - надумаешь что-нибудь дельное, и все туда же. Вкус сразу отшибает.

Жужелка не слушала его, о чем-то глубоко задумавшись.

-Хотя едут они красиво, - сказал Лешка. - С музыкой, и все такое прочее...

- Интересно! - сказала она.

Было слышно, как во дворе задребезжал железный жбан - Лешкин отчим. Матюша, мылся под душем. И этот дребезжащий звук был оскорбителен своей обыденностью.

- А что у тебя с пальцем?

Она посмотрела в свою растопыренную ладонь, засмеялась, подняв перемазанный в чернилах указательный палец.

- Да это я за одну девчонку из нашего класса палец держала. Мы сговорились друг за дружку держать. Как ее вызвали и она пошла тянуть билет, я сразу палец опустила в чернильницу и все время держала, пока она не отмучилась.

- И здорово помогает?

- А ты не смейся...

Она не успела договорить, потому что в эту минуту над ухом у нее кто-то произнес громко и раздельно:

- Я вас всесторонне и разнообразно приветствую!

И Жужелка увидела широкоскулое, крупное лицо, коротко, под "ежик" стриженную голову.

- Виктор!

- Здорово, Брэнди! - сказал Лешке незнакомый парень, глядя на Жужелку. - Толково скрутили мы вчера...

- Еще бы... - возбужденно сказал Лешка, и у него неприятно засосало под ложечкой оттого, что сейчас Жужелке станет известно о вчерашнем происшествии у кино.

Но Виктор сказал ему загадочно:

- Ты далеко полетишь! - И, продолжая в упор смотреть на Жужелку, он выжидательно шагнул к ней. - Хоть нас не знакомят... Лабоданов.

Она протянула руку, и он ласково сжал ее.

- Клена.

- Клеопатра, чего уж там, будем откровенны...

Лешка вертелся, точно на шарнирах, подделываясь под какой-то несвойственный ему тон. Жужелка никогда его таким не

видела, ей было смешно и досадно.

- Ото, какое имя! - Лабоданов даже причмокнул.

- Какое?

- С воображением.

- Ну уж, - сказала Клена, почувствовав себя отчего-то польщенной.

- А теперь мы с тобой бросим девушку Клеопатру...

-Девушка Клеопатра,-развинченно сказал Лешка,-заворачивай к дому, а мы прошвырнемся...

- Бросайте, - сказала Жужелка, но ей было жаль, что они уже уходят. Только не надо называть меня так, зовите Кленой...

Лабоданов снова ласково сжал ее руку.

- До свиданья, - сказала Жужелка.

Но она не ушла, осталась на прежнем месте у ворот и смотрела им вслед. Лободанов уходил, пришаркивая подошвами, его покатые плечи раскачивались в лад шагам. Он обернулся я приподнял прощально два пальца с зажатой в них сигаретой.

- Откуда она? - спросил он Лешку,

- Да ниоткуда. С нашего двора.

- Ну и двор. Всякой твари по паре.

Лабоданов остановился, чиркнул спичкой, прикурил.

- В милицию не вызывали?

- Да нет.

Вчера они сунулись было в кино. Протолкались к кассе, но тут вся очередь загалдела. А гражданин в чесучовом пиджаке грубо толкнул Лешку и схватил за плечо маленького пацана, стоявшего в очереди, громко крича:

- Все они тут - одна компания!

Лешка, страшно разозлившись, обругал его и потребовал, чтоб он сейчас же принял свои рычаги и не трогал пацана. Все завопили, начали с угрозой надвигаться на Лешку. Гражданин в чесучовом пиджаке схватил его за руку и стал изо всех сил дергать, словно она приставленная, - пришлось потащиться за ним. Есть ведь такие любители, они готовы в кино не попасть, только дай им кого-нибудь в милицию сволочь.

Протокол бы составили, как пить дать. Это точно. Если б не Лабоданов. Он объявился тут, словно свидетель со стороны.

Лешка, мол, первый подвергся оскорблению действием. И ведь дежурный в милиции проникся к нему доверием, хотя тот, в чесучовом, грозил жаловаться начальству.

- Если вызовут, - сказал Лабоданов, - держаться железно:

ударил тебя и обозвал "хулиганом". Усвоил? Вот что, серость, просветись, сделай милость, изучи гражданский кодекс. Ведь не под богом живешь-под законом.

Они пошли дальше, и Лабоданов принялся негромко напевать, сильнее пришаркивая в такт подошвами:

- Па-звольте, Чарли Чаплин, па-беспокоить вас..,

- Та-та, та-та, та-там! - подхватил Лешка.