Желтые розы

Я ехала в полупустом автобусе и грызла себя за пропущенную лекцию по начертательной геометрии. На часах было 9.08 утра. Я прекрасно знала, что поступила неправильно, пропуская контрольный тест. Но я решила, что сон важнее. Мои нервы еще не пришли в себя после ссоры с любимым человеком, и я прокручивала в голове наш с ним диалог. В который раз я разрывалась между ощущениями — унижением и желанием угодить. Как же тяжело, когда тебя разрывают на части от того, какое решение лучше всего принять. И переступая через гордость, я шла на мировую, говорила глупые вещи, в которые сама редко верила.

— Я обещала быть послушной, — слезы лились из глаз, когда я произнесла эти слова. Хотя прекрасно понимала, что мое второе имя — это Катастрофа, а не Послушность. Какая-то часть моего взрывного характера пялилась на меня в изумлении, когда это обещание посмело сорваться с губ, но пути назад не было. Правда, меня унизили сильнее ответом, чем я себя этим глупым обещанием.

— Если мы не будем видеться какое-то время, то сможем трезво оценить наши отношения, и нужны ли они нам вообще.

Мда… Одной частью себя я была крайне расстроена, а вот другая — злая Я набирала обороты. Я жутко не любила, когда мне отказывают предметы моего влечения, хоть и временного. Ужасно звучат слова, но вот такой я была в то время, когда мои силы только просыпались и я пользовалась ими на всю мощь, разрушая все и всех на своем пути.

Мысли текли в более горькую дорогу, когда мой обреченный взгляд, как говорит мой молодой человек, упал на незнакомца в автобусе. Он привлек внимание тем, что уж слишком сильно выделялся на фоне студентов, где водились люди от ботаников-зубрил до панков, готов и прочих разновидности стиля одежды и манеры общения. А этот, будто кричал: «Я аристократ и нечего ко мне соваться с глупостями». Даже походка с прямой осанкой выдавало его, хотя одет он был, как абсолютно обычный парень своего возраста.

На скамейке перед зданием главного корпуса меня ждала подруга Таня Карпэн, она рассказывала о том, что третий член маленького общества, бойкотирующего против всей группы, которая почему-то не возлюбила нас, в частности меня. Так вот третья девочка, с которой мы общались лежала с температурой. Признаюсь, я всегда их сравнивала и все никак не могла не понять, кто из них может первой воткнуть мне нож в спину, или просто отвернуться. Я отдернула себя, назвав параноиком. Тишина действовала на меня благотворно, мысли прояснялись. Таня никогда не была навязчивой, за это я люблю больше всех. И вот снова о любви…

Вот чем я занимаюсь, когда рядом бумага и ручка, и тишина. Время протекало размеренно, медленно плелась минута за минутой. Я знала, что произойдет через пять минут и десять. Закончилась лекция по химии и я перепрыгивала через ступеньки, ведущие к выходу из этого скучного здания, забирающего мои силы впустую. Из-за своей неуклюжести я налетела на человека, долго извинялась, пока не подняла глаза на его лицо. Незнакомец из автобуса. Он дружелюбно улыбался.

— Простите, не заметил вас, — произнес он, заставляя меня замолчать.

Моему парню следовало бы поучиться манерам у этого человека.

— Моя вина, — все же проговорила я в ответ. Не хватало еще и на этого человека перекладывать свою вину.

Таня перехватила меня при выходе, указывая на объявление, висящее на стене. Ярко кричащее, оно приглашало на новогодний бал-маскарад. Моя подруга весело улыбалась, глядя на меня. Эта улыбка и ее горящие глаза говорили о том, что не отвертеться мне на этот раз от вечеринки. Она потащила меня на улицу, где снова шел снег, и парни обкидывали девушек снежками. К сожалению, их простое веселье не передавалось мне совсем.