Здравствуй, я твоя жена

– Это он! – заорала я, как сумасшедшая, во весь голос. – Он! – ткнула пальцем в телевизор.

– Да кто – он? – спросила сестра, показавшаяся в дверном проеме.

– Кто-кто, мой муж! – заявила я как само собой разумеющееся и прибавила громкость.

– Совсем уже спятила, – обреченно вздохнула Ира и закатила глаза.

– Да ты сама посмотри, – потребовала настойчиво. – Посмотри же! – схватила её за руку и подтащила к телеку.

Сестра бесстрастно взглянула на экран.

– Читай, – скомандовала я, ширнув локтем ее в бок.

– Антон Леонидович Гордеев, бизнесмен, – протараторила та и, отшатнувшись, выпалила: – Да ну нафиг! Совпадение.

– Совпадение? – истерически взвизгнула я, посмотрев на неё как на умалишенную. – Часто ты видела такие совпадения?! Это он, говорю же! Я, по-твоему, собственного мужа не узнаю, что ли?

– Ага, мужа, – хмыкнула Ирка. – Которого видела один раз!

– Не утрируй, явно не один раз! – смерила её злым взглядом, сама не веря в то, что наконец-то его нашла. Пять проклятых лет я не теряла надежды, и вот, когда начала задумываться над тем, что пора бы уже поставить точку в этой затянувшейся истории, – он появляется передо мной сам. Конечно, не так, как мне бы хотелось. Не вживую. Тем не менее, теперь я знаю, где его искать. И что же мне делать с этой информацией? Меня буквально разрывало изнутри на части. Руки тряслись, хотелось одновременно кричать от радости и материться.

– И что ты собираешься делать, Уль? – спросила сестра серьёзно, и я уловила тревогу в её голосе.

– Не знаю, – просто ответила я.

– Только не говори, что ты попрёшься к нему! – воскликнула та. Да я даже не успела о таком подумать, но Ира, как всегда, шла на опережение. Она знала меня как никто другой, возможно, даже лучше, чем я сама. Могла порой предугадывать мои действия.

– Не пущу! Поняла? И не думай об этом! – погрозила мне кулаком. – Не смей, не будь идиоткой!

– Я вообще ничего ещё не решила. Что ты нагнетаешь?! – возмутилась я, обиженно скорчив моську. Однако я уже прекрасно понимала, что произойдёт дальше, просто ещё не успела себе в этом признаться.

– Я настучу маме, учти, – перешла она к угрозам, воинственно скрестив руки на груди.

– Ты офигела? – опешила я, всплеснув руками. – Маме вообще ни слова об этом! Ясно?

– Скажу, если ты соберешься к нему, – не унималась та.

– Ирин, не нужно впутывать маму. У неё только-только наладилась личная жизнь. И мне дай спокойно собраться с мыслями. Я ещё от шока не отошла, – попыталась смягчить сестру.

– Я просто тебя предупреждаю, ты уже достаточно наделала глупостей.

– Знаю.

Да, самой большой моей ошибкой было выскочить замуж за малознакомого парня. Вернее, в тот-то момент я верила, что это любовь с первого взгляда. И как дура согласилась на всё, что он от большого ума предложил. Глупая, не подумала даже о последствиях, о том, что может потом случиться… о реакции семьи. Я просто влюбилась, да еще и обстановка вскружила мне голову. И неудивительно, ведь то было мое долгожданное восемнадцатилетие. Мнимая свобода. Меня впервые отпустили куда-то одну. Конечно, не совсем одну, имеется в виду – без сестры и мамы. Но, к сожалению, последствия этой экскурсии мечты в Волгоград оказались не такими уж и радужными…

В первую очередь, прежде чем принимать решения, нужно напомнить себе, сколько я тогда по нему пролила слез. Как металась, пытаясь найти его. Как мама с сестрой вытаскивали меня из депрессии! Как… Нет, я не забыла этого и не забуду! Целый год я жила как в аду. И ещё четыре потом пыталась прийти в себя. И ждала его. Моё разбитое наивное сердце никогда не переставало его ждать. И что мне теперь – забыть обо всём пережитом, простить ему эти потерянные годы и отпустить? Ну уж нет! Я имею право хотя бы посмотреть ему в глаза.

– Уль, да он у тебя чертовски богат, прям самый настоящий миллионер, – я перевела отстраненный взгляд на сестру, которая что-то внимательно рассматривала в телефоне. – И ещё он скоро женится…

– Что? – выдавила не своим голосом и выхватила из рук Ирины телефон. Уставилась мутным взором на фото, где мой муж был запечатлен со сногсшибательной брюнеткой. В груди всё больно сжалось… Вот оно, это мерзкое, почти забытое чувство, когда сердце начинает скулить от боли, – так, словно его пытаются вырвать.

– Нет, – застонала сестра, откинувшись на спинку дивана. – Опять это выражение на лице, как тогда, пять лет назад.

Ничего ей не ответив, я бросилась в свою комнату, достала самую большую сумку и неосознанно принялась швырять в неё вещи.

– Что ты делаешь? – воскликнула Ира, примчавшись следом за мной. – Дай сюда, – подскочила и вырвала мою сумку. – Ты никуда не поедешь!

– Я должна! – прошептала я, всхлипнув, и обессиленно опустилась на кровать.