Здравствуй, папочка Мороз!

Белая, почему-то кудрявая, искусственная борода вызывала такую чесотку, что я был готов взвыть уже через пару минут. Впившись пальцами в длинный посох и мечтая приложить им по лбу довольного посмеивающегося Мирона (моего хорошего до этого дня друга), я позволил его невесте Саше натереть мне нос и щеки красным гримом.

Чтоб я еще раз поспорил? Да никогда!

– Твою же мать! Я в этом дерьме и получаса не прохожу! – выругался сквозь крепко стиснутые зубы, на что тут же отреагировала воспиталка детского сада:

– Павел Владимирович! Вообще-то вы находитесь там, где вас могут услышать дети!

Она не понравилась мне с самого начала. Такая чопорная, престарелая. Со смешным пучком на башке и тонкими, ярко-розовыми губами. Фу.

Кстати, почему я вообще оказался в конце декабря в детском саду в наряде, от которого весь мой офис лежал бы в лежку, если бы конечно, меня в нем увидел? Все просто. Тот самый Мирон во время последнего нашего спора (а они у нас случались часто) поставил условие – побыть Дедом Морозом на утреннике в детском саду. Лучше бы он выставил на кон свой Порш против моей Ламбы последней модели.

– Варвара Никаноровна! Я репетирую свою речь, – беззлобно отоврался я и, повернувшись к Мирону и Саше, взглянул на них так, чтобы стало ясно: как только этот сраный утренник завершится, прикончу их обоих. Одного – за спор, вторую – за тонну грима на моей морде.

– Да ты просто красавчик, Мельников! – хохотнула Сашка, дернув меня за бороду.

Потом поправила шапку, весившую как минимум несколько пудов. Хлопнула меня по плечу и, чуть подтолкнув в сторону того места, где меня ожидали дети, напутствовала:

– Иди уже. Развлекись. И постарайся не материться.

Легко сказать! Борода так и продолжала колоться. В огромных варежках руки вспотели. В шубе – вспотело все остальное. Про валенки я даже не думал. Когда сниму – там будет совсем не Шанель номер пять.

– Вот пришел к вам Дед Мороз,

С праздником поздравить!

Он подарки вам принес,

Бородатый парень!

Мда уж. Это четверостишье я пробасил, стоило мне только переступить порог игровой комнаты, где собралась одна из групп детсада. На меня тут же воззрились все – белочки, зайчики, снежинки и прочие кикиморы.

– Дед Мороз! – пискнула какая-то девица в костюме Мальвины.

Вскочила, протопала ко мне, после чего обняла за ноги. Эй, мы так не договаривались!

По правде говоря, детей я не особо любил. Они представлялись мне какими-то… существами с другой планеты. Вечно орут, гадят, требуют пожрать чего повкуснее и еще – мультиков. В общем – совсем не мой контингент.

– Мороз, Мороз, – заверил я ее, потянув от себя за голубой бант на макушке. – Иди уже к своим, сейчас все будет.

Мда, исконно русский Дед из меня выходил, прямо скажем, никакой. А чего стоило организовать внедрение в этот детский сад? Сколько бабла я отстегнул на благо местного спортзала, чтобы Варвара Никаноровна закрыла глаза на тот факт, что развлекать ее драгоценных деток будет совсем не профессиональный актер, а какой-то там босс не менее какой-то там фирмы!

И вот теперь я стою перед полчищем костюмированных малявок, которые ждут от меня чуда. Ну мать же перемать!

– А сейчас мы с вами будем отгадывать загадки! – пробасил я с места в карьер, когда тишина, установившаяся между мною и детьми стала совсем уж дурацкой.

– Ужееее? – протянул какой-то парень, который, судя по его виду, расстроился. – А стишки? Мы приготовили… стишки!

Стишки – это хорошо. Это прямо очень хорошо! Потому что как незаметно достать из кармана дедовой шубы айфон, чтобы вычитать на нем загадки, я себе представлял не особо.

– Точно! Сначала ведь стишки. Молодец, мальчик. Дед ведь старый совсем. С памятью плохо, – сказал это и оглядел детей.

На лицах некоторых проступило недоумение. Остальные смотрели на меня с жалостью. Докатился.

– Как тебя зовут?

– Митя!

– Отлично, Митя! Дед Мороз жаждет услышать твои стишки!

Произнеся эту фразу, я уселся на хлипкий табурет, так что мои колени едва не заткнули уши, и поманил к себе Митю. На кого-то он был похож. Даже странно.

Похлопал по колену, на которое парень и забрался не без моей помощи. А потом вдруг обнял меня за шею, и тут я охренел.

– А ты можешь все-все исполнить? – шепнул с недоверием Митя, так, что его услышал только я.

На нас смотрели все кругом – дети, мои друзья (ну, или не очень друзья), строгая воспиталка. Но вдруг почему-то самым важным оказался взгляд самого Мити, который так и продолжал обнимать меня за шею, впиваясь пальчонками в ворот шубы.

– Могу. Могу исполнить все-все, – заверил его в ответ.

Это было не так уж и далеко от правды. Даже если парень сейчас запросит себе яхту, подобная покупка не станет проблемой. Но я вдруг почувствовал – он совсем о другом.

– Я хотел бы пожелать,

Чтоб папа к нам вернулся.

Мне уже ведь целых пять!

А я о нем мечтаю.

Мда уж. Поэтический дар Митю явно миновал. Или кто там наваял ему эти стихи? И почему вдруг у меня в носу защипало? Наверняка, всему виной эта сраная борода.

– Молодец, Митя! Вот тебе конфетка!