Здаецца мансарда

Здаецца мансарда

Эрве Базен

Описание

В романе "Здаецца мансарда" Эрве Базена рассказывается о жизни Марты, обитающей в мансарде. Ее повседневность полна забот о выживании, сложностях с деньгами и поисках справедливости. Повествование охватывает множество персонажей, каждый из которых сталкивается с проблемами и трудностями, отражающими реалии жизни в Париже. Автор мастерски передает атмосферу того времени, детали быта и психологии героев. Роман вызывает сопереживание и заставляет задуматься о ценностях и приоритетах.

<p><strong>Эрвэ Базэн</strong></p><p><strong>ЗДАЕЦЦА МАНСАРДА</strong></p>

Тоўстая Марта сядзела на сваiм столку i ўсё лiчыла, загiнаючы пальцы, пералiчвала, прыкiдвала, параўноўвала. На душы ў яе было неспакойна, унiзе нешта сцiскалася. Яе суседка, кансьержка з васемнаццатага, у падобным выпадку зарабiла шэсцьдзесят тысяч. Праўда, мансарда ў васемнаццатым мае, самае малое, шаснаццаць квадратных метраў. «Але ў мяне, — адзначыла Марта, — не такiя загаджаныя туалеты i вада добра даходзiць да верху». Гэта была праўда, з крана на гарышчы бiў моцны струмень, а не капала, як у васемнаццатым. Але «ў мяне»… Ад гэтай думкi яна ўсмiхнулася. Сабака, якi сцеражэ дабро, сам належыць гаспадару, але таксама адчувае сябе крыху гаспадаром, калi брэша. А калi ўдумацца, то i ўпраўляючы — гэта ўсяго толькi вялiкая аўчарка, якой таксама нiчога не належыць, ён толькi распараджаецца ад iмя гаспадара, хлапчука, якi валодае ўсiм толькi на паперы. Калi капнуць глыбей, то да чаго ж мы прыйдзем? Адкрыецца, што права — гэта неабходнасць. А Марце гэтая мансарда была неабходная… Праўда, не сама мансарда, не, жытло ў яе было, паганае, але было. Ёй было неабходна паджыцца на патрэбе, якую шмат хто меў у гэтай мансардзе. Неабходнасць гэтая была не надуманай, бо яна была зусiм без грошай, але i не надта пiльнай, бо дах над галавой яна мела. Але другарадная праблема, калi яна ваша, важнейшая за самую надзённую iншага, хiба не?

«Справа не ў гэтым, — сказала яна сама сабе, каб набрацца смеласцi. Трэба разнесцi пошту».

Яна абмацала сваё калена. Яе няўдалы мужык-люстэрнiк на сваёй праклятай рабоце, не было нiкога, каб паслаць наверх. А з гэтым каленам!.. Акрамя Адрыена была яшчэ Эмiлi, але яна спала, цi рабiла выгляд, у сваiм ложку, раскiнуўшыся на прасцiне, разамлелая, паружавелая, разам са сваёй дачкой. Яна вярнулася позна, стамiлася, яе нельга было будзiць, гэтае дзiця. Марта працягнула руку, узяла пачак лiстоў, паклала яго на цырату i трохi разарвала абгортку. «Моцна цалую», заяўляла паштоўка з Корсiкi да маладой асобы з трэцяга паверха. Яе мацi павiнна насцярожыцца, добра вядома, што можа хавацца за самымi нявiннымi словамi. Хiба Эмiлi не дадумалася, каб абдурыць сваiх блiзкiх i сваю мацi, калi яна нешта адчула, каб яе хахаль з кнiгарнi пасылаў ёй праспекты, у якiх асобныя цэны былi закрэсленыя? «Ты i я, фармат…, вокладка са скуразамяняльнiка ўсiх афарбовак, за шэсцьсот пяцьдзесят франкаў…» Трэба было разумець: «Чакаю цябе без дзесяцi сем». Кнiжны чарвяк, а хто, скажыце, пакiнуў ёй Калет? Урэшце, яна магла аддаць перавагу гаспадару кнiгарнi, i Марта, гладзячы калена, мiж iншым падумала, што, нават застаўшыся з дзiцем, Эмiлi заплямiла сябе менш, выбраўшы прадаўца.

Марта паважыла ў руцэ два канверты i перавярнула трэцi, каб паглядзець на штэмпель, адкуль яно адпраўлена. Для маленькiх людзей ведаць — значыць магчы, хiба не так? Потым яна рэзка адсунула пошту. Яе раптам ахапiў жах. Зусiм страцiла розум, рабiць такое! Як з гэтай мансардай: трэба будзе i махляваць, i кленчыць. Але раптам яна азiрнулася. Мадам Паке, з сёмага, вяртаючыся на сваiх каўчукавых падэшвах з царквы Сэн-Нiкэз, дзе яна давала напракат крэслы, праспявала за яе спiной:

— Мне нiчога?

— Нiчога, мадам, — буркнула Марта.

Нiчога не было. Хаця Марта працавала ўсяго восьмы дзень, яна ўжо здагадалася, што для мадам Паке нiколi не будзе нiчога важнага, толькi рэкламныя праспекты i квiтанцыi, але ёй менавiта таму i хацелася б соваць свой нос у будку кансьержкi. Заставалася толькi глядзець на яе. Яна перасунула языком напалову сасмактаны ледзянец за шчаку i застыла, нерухомая, амаль нягнуткая, прыкмячаючы беспарадак, удыхаючы пахi таннага вiна, кацiнай мачы i кiслага малака. Уся яе жвавасць засяродзiлася ў вачах i варухлiвых ноздрах. Ад усмешкi яе губы, якiя асцярожна расклеiлiся, зрабiлiся зусiм тонкiмi.

— Я таксама хацела ў вас спытацца пра тую незанятую мансарду. Я магла б каго-небудзь…

Столак застагнаў. Марта адкiнулася, склаўшы рукi, як для малiтвы, i пасмiхаючыся.

— Мансарда. Вы ўжо шостая, даражэнькая. Сёння з ранiцы сюды iдуць адзiн за адным. Я яшчэ не выпiла кавы, як Мало ўжо былi ў мяне. Iх чацвёра на васьмi квадратных метрах, вы ж падумайце! Потым прыходзiла мадам Мангрынэль, потым калега з пяцьдзесят чацвёртага, потым нейкая манашка…

— Я думаю, сястра Марыя з Сэнт-Фас, — сказала мадам Паке.

— Напэўна, — сказала Марта, — ва ўсякiм разе, гаварыла пра нейкiх кузiн, пратэжэ, цяжкае становiшча. Нават паштальён гаварыў са мной пра гэта. Яны думаюць, што ў мяне сто мансардаў. А на завяршэнне ўсяго прыйшла мадам Сюрмюля i запатрабавала ў мяне мансарду ад iмя ўпраўляючага. Здаецца, яна ўжо не ведае, дзе захоўваць свае кансервы.

— Будзе шкада, калi яны прападуць, — сказала мадам Паке ялейным голасам.

— Распараджэнне ўпраўляючага, — буркнула Марта, — мы не можам тут рабiць тое, што нам захочацца.

Похожие книги

Отверженные

Виктор Гюго, Джордж Оливер Смит

Виктор Гюго, гениальный французский писатель, в романе "Отверженные" создает масштабную картину французской жизни начала XIX века. Роман раскрывает сложные судьбы героев, переплетенные неожиданными обстоятельствами. Центральной идеей является путь от зла к добру, моральное совершенствование как средство преобразования жизни. Этот шедевр литературы полон драматизма, интриги и глубокого философского подтекста. Перевод под редакцией Анатолия Корнелиевича Виноградова (1931).

Цветы для Элджернона

Дэниел Киз, Дэниэл Киз

«Цветы для Элджернона» — завораживающая история о Чарли Гордоне, простом человеке с ограниченными умственными способностями, который становится участником эксперимента по повышению интеллекта. Роман, написанный Даниэлом Кизом, поднимает сложные вопросы об ответственности ученых за последствия своих экспериментов и о важности человеческих отношений. Произведение, претерпевшее много изданий, посвящено теме ответственности ученого за эксперименты над человеком. История Чарли, его переживания и борьба за самопознание, наполнены глубоким смыслом и трогательной искренностью. Роман исследует не только научные аспекты, но и социальные и психологические проблемы, связанные с интеллектуальными способностями и обществом.

Адская Бездна

Александр Дюма

В психологическом романе "Адская Бездна" Александра Дюма, действие которого происходит в Германии с 18 мая 1810 по середину мая 1812 года, рассказывается об истории немецкого студенчества и тайного антинаполеоновского общества. Роман, являющийся первой частью дилогии, вместе с "Бог располагает!" образует захватывающее произведение, которое заставит вас задуматься о преступлениях и наказаниях. В нем описывается противостояние героев с бушующей природой и внутренними демонами. Противоречия и конфликты между персонажами, а также их столкновения с окружающим миром, создают драматичную атмосферу. История двух молодых людей, затерянных в бушующей стихии и тайных обществах, полна драматизма и интриги.

1984. Скотный двор

Джордж Оруэлл

Роман «1984» – мощный антиутопический шедевр, исследующий опасность тоталитаризма. В нем, как и в повести «Скотный двор», Оруэлл мастерски использует аллегорию, показывая, как идеи диктатуры и фашизма могут привести к катастрофическим последствиям. «Скотный двор» – это яркая сатира на человеческие пороки, где животные фермы олицетворяют различные типы людей в тоталитарном обществе. Оба произведения Оруэлла – это глубокий анализ власти, контроля и последствий подавления свободы. Они остаются актуальными и сегодня, заставляя задуматься о природе власти и ответственности личности в обществе.