Зависимая

Я горько плакала в ванной, сидя прямо на полу. Голова уже раскалывалась, а слезы все не кончались. Обида съедала изнутри, и это было не впервые. Арман снова позвонил за десять минут до встречи и извинился, что наши планы снова отменяются. Только за последнюю неделю это случилось второй раз. Нет, я не считала, что он охладел ко мне так скоро. Просто он вернулся домой. Работа, родители, сестра, друзья и еще много чего. Например, процедуры по окончательному восстановлению здоровья после стычки с Дмитрием. Он по-прежнему был внимательным и заботливым любовником, но распространялось это только на то время, что мы проводили вместе. А его было не так много, и мне казалось, что с каждой неделей становится все меньше. Не знаю, чего конкретно я ожидала, когда летела сюда, но точно не всепоглощающего чувства одиночества. Я могла понять его занятость и неотложные дела, вот только это не спасало от того вакуума, в котором я оказалась.

Мы прилетели два месяца назад, и Алекс сразу привез нас в эту квартиру – уютный пентхаус в Даунтауне. Помню, как мысленно обрадовалась, что Арман остался со мной тогда. Но уже на утро мы поговорили, и я поняла, что вместе мы жить не будем. Моего любовника, по его словам, ждало огромное количество работы и строгое выполнение всех рекомендаций докторов. Я не возражала, знала, что ужиться друг с другом может быть не таким простым делом, и не хотела с этого начинать. Хотя, если уж совсем честно, если бы Арман привез меня к себе домой, была бы на седьмом небе.

Первые две недели мы проводили очень много времени вместе. По факту я только на ночь оставалась одна. Мне не хватало физической близости, но пока это не могло быть безболезненным для него. Несмотря на это вынужденное воздержание, Арман работал у меня в гостиной, мы вместе ели – иногда готовили сами, иногда заказывали еду из ресторанов. Спустя четырнадцать дней Алекс привез полный комплект документов для меня. Не знаю как, но Арман выполнил свое обещание. Теперь я могла абсолютно легально жить и работать в США. Примерно в это же время состояние его здоровья резко улучшилось, многие серьезные травмы почти прошли, а лицо так и вовсе приобрело знакомые очертания. Арман мог вернуться к своему привычному образу жизни, не рискуя кого-либо напугать своим побитым видом. Полный рабочий день в офисе, традиционные субботние ужины с родителями, дружеские вылазки в бары и клубы. А мне не к чему было возвращаться. Знакомить с семьей и друзьями он не спешил. Я была обеспечена всем необходимым и даже больше – жилье, деньги. Правда не очень хотела наслаждаться всем этим – мне было ужасно тоскливо в этой шикарной квартире, в магазины я выбралась всего несколько раз закупить самое необходимое, а уж достопримечательности Города Ангелов и вовсе ни разу не посетила.

Единственное, что было чудесно, это наш секс. Мы снова могли наслаждаться друг другом, и, кажется, все стало только лучше. Я могла бесконечно гладить его небольшие шрамы, все еще виднеющиеся на загорелой коже. Арман, как любовник, сильно изменился. Он стал более внимательным, трепетным, нежным. Не осталось и следа от того нетерпеливого грубоватого самца, которым он был в самом начале. Все в этом плане было так замечательно, что очень скоро я буквально начала сходить с ума в ожидании каждого следующего свидания. Понимала, что так нельзя, что мне стоит заняться своей жизнью, пусть даже создать ее заново из одних развлечений и шопинга. Но меня не хватало даже на то, чтобы включать один и тот же сериал каждый день.

Утром я просто лежала в постели до тех пор, пока голод не прогонял меня в кухню. После завтрака-обеда кое-как приводила себя в порядок и садилась в каталоги интернет-магазинов, потому что Арман часто говорил, что мне нужно больше одежды. И я была с ним согласна, ведь два моих похода в ближайший сетевой супермаркет точно не могли решить эту проблему полностью. Проводила на этих сайтах по нескольку часов, за окном начинало темнеть, а я так и не могла определиться какое платье мне нравится больше – синее или зеленое. То же самое касалось и косметики, и прочих женских штучек. Про какие-то бытовые вещи, которыми можно было наполнить дом по своему вкусу и вовсе речи не шло.