Запутки Тигра, или Путь Третьего Кулака

Какой-то век до какой-то эры.

Древний Китай.

Династия Чжун-Цзы.

Великий Гонк-Кфу умирает от аппендицита. Его страданиям нет конца.

В зал входит Ки-Ван «Стремительный Тигр». Он стремительно подходит к постели больного.

— Ты звал меня, Гонк-Кфу?

— Да. Тигр, я звал тебя.

— Что тебе надо. Гонк-Кфу?

— Мне нужна твоя сила. Тигр! Мне нужна твоя ловкость и твоя смекалка. Твои умения и навыки. Короче, мне нужен Чудесный Камень Мао-Кха. Достань мне его. Тигр!

Тигр кивает. Позвякивая нунчаками, он идет в лес и садится на Священный Пень Радости и Печали.

— Да, — сказал старый седой китаец Леон, — я был там. Несколько лет я блуждал по тропинкам и искал то, что другие спешат потерять.

— Что ты искал? — спросил Тигр

— Откуда мне знать, — ответил Леон, — я знаю, где лежит то, что взято напрокат и отдано уже не будет.

— Как это? — спросил Тигр.

— Пойми, мальчик, — ответил Леон, — я давно уже не помню снов, и ничто не интересует меня больше, чем сны.

— Что именно? — спросил Тигр.

— Мне сложно говорить об этом, — ответил Леон, — ведь каждый ищет свое ожерелье, но подставляет под топор чужую шею.

Прошло два года. Поседели волосы больного ламы. Вымерли мамонты…

— Как это? — спросил Тигр.

— Все под богом ходим, — ответил старый седой китаец Леон.

Направо пойдешь — упрешься в шкаф громадный. Там бокалы и нитки, пиалы и пробки, зеленые машинки и разные вещи.

Налево пойдешь — в шкаф громадный упрешься. В нем книги, свитки, манускрипты и летописи. Среди этого хлама ползают насекомые.

Вперед пойдешь — погибнешь, рухнув с необычайной высоты на камни. И имя твое стерто в веках будет.

Назад ходу нет. Там — Москва…

Кроме того, везде сыро и скользко.

Камень Мао-Кха лежит на вершине горы и охраняется ребятами из агентства «Стар» во главе с Джоном Вордсвортом.

— Слушай, — сказал Максимов, — я знаю, что ты хотел попробовать. У меня есть выход.

— Брось! — сказал Ло. — Я теперь занят другим. Ты знаешь, что существует Чудесный Камень Мао-Кха, и он исцеляет от всех болезней?

— Конечно, знаю, — ответил Максимов, — у меня даже есть приблизительная карта тех мест. Могу принести, если хочешь.

— Хочу, — кивнул Ло, — обязательно покажи мне ее. А в пятницу я начну поиски. Пойдешь со мной?

— Нет! — ответил Максимов. — Но я буду следить за твоими успехами и появляться в самую неожиданную минуту. Например, когда ты будешь тонуть в болоте, или в момент нападения на тебя Тигра.

— Я не боюсь, — сказал Ло, — пускай Тигр знает, что я иду по его следу. А когда я настигну его, мы поговорим о некоторых вещах.

— Ты не знаешь всего о Тигре, — заметил Максимов, — он не только прекрасный боец и обладатель Древнекитайского Пояса Третьего Кулака, но к тому же он — ученик Старого Седого Китайца Леона. И говорят — лучший.

— Не страшно, — сказал Ло. — быть может, мои познания в сфере Всего и меньше, но интуиции у меня больше. Я чувствую, что Тигр будет побежден, и Чудесный Камень Мао-Кха достанется мне и излечит мое пагубное пристрастие к Траве Радости и Печали.

— Удачи! — сказал Максимов.

— Она мне понадобится, — сказал Ло, — ведь не все так просто, как кажется…

А еще Великий Царь Давид говорил, что его жена и его дочь в одном теле созданы друг для друга и для него.

Ее звали Марта. Ей было 15 лет, когда отец ее. Великий Царь Давид, сделал ее своей женой.

ПРИМЕЧАНИЕ ИСТОРИКА: Конечно, сейчас, в конце двадцатого века, нам кажется, что и быть такого не могло. Ведь семья священна, а дети — цветы жизни… Но в те далекие времена отцы предпочитали жить со своими дочерьми, а сыновья проводить ночи с собственными мамами.

Женой же Великого Царя Давида и матерью Марты была прекрасная Софья, Повелительница Розовых Демонов Счастья.

Ее звали Марта. Ей было 16 лет, когда мать ее, прекрасная Софья, сделала ее своей женой.

ПРИМЕЧАНИЕ ИСТОРИКА: Конечно сейчас, в конце двадцатого века, нам кажется, что и быть такого не могло. Ведь семья все-таки священна, а дети и тому подобное — цветы жизни. Но в те дремучие времена отцы предпочитали спать со своими дочками, а сыновья, так и вообще, ничем, кроме любимых мам, не занимались.