Запретный плод

Машина неслась по пустынному шоссе, вдоль которого высились ели. Уже светало.

Как давно я не видел снега, подумал Джейк, лет десять, наверное. Ну да, с тех пор, как в последний раз приезжал в Вермонт к родителям. Джейк вздохнул: за эти десять лет много воды утекло. Он не был уже тем восторженным юнцом, каким покинул дом отца, Майкла Сандерсона. Джейк задавался вопросом, как его встретят в родных пенатах, но внутренне был готов ко всему. Старик мог, не говоря ни слова, просто указать ему на дверь, или устроить скандал, или сделать вид, что не замечает его присутствия.

Нелады с отцом начались девять лет назад, когда стало известно, что Рут Сандерсон, мать Джейка, серьезно больна и ей недолго осталось жить. Поседевший от горя отец стал обвинять Джейка во всех смертных грехах — прежде всего в эгоизме, черствости и равнодушии к несчастью семьи.

Джейк постарался отвлечься от неприятных воспоминаний. Часы показывали восемь. Еще сто миль, и на горизонте появится Оленья гора, речка, а там уж до владений Сандерсонов рукой подать. Места с детства знакомые Джейку. Проведя в дороге всю ночь, он неимоверно устал, да и незалеченная рана давала о себе знать. Чтобы не заснуть за рулем, Джейк включил в кабине радио. Однако вскоре он снова ушел в свои мысли, краем уха слушая утреннюю программу.

Чем ближе Джейк подъезжал к дому, тем навязчивее становились воспоминания о роковой ночи, перевернувшей всю его жизнь. В памяти Джейка всплыло лицо матери, ее предсмертный взгляд и обращенные к нему слова прощания… Джейк тряхнул головой: он не хотел вспоминать то, что случилось дальше, но и забыть об этом был не в силах.

В ту ночь, когда он стоял на краю гибели, его спасла женщина, которая до сих пор являлась ему в сновидениях, о которой он не переставал мечтать и которую проклинал. Джейк знал, что ему никогда больше не испытать такого накала страстей и такой нежности, как в ту ночь, в постели с Кэрол Майлз. Словно ангел, спустившийся с небес, она поддержала его в трудную минуту. Джейк думал, что ее нежность искренна. Но позже он узнал, что у Кэрол был жених. Это известие потрясло Джейка до глубины души. Он надеялся, что их связывало неподдельное чувство, что любовь, вспыхнувшая в его сердце, была взаимной. Но, оказалось, Кэрол испытывала к нему только жалость. Лишь из сострадания она не отвергла в ту ночь его любовь. Шли годы, а горечь и обида не покидали Джейка. Он раскрыл душу перед этой женщиной, а она предала его, выйдя замуж за другого. Джейк поклялся больше никогда не совершать подобной ошибки.

Воспоминания разбередили душу Джейка…

Тем временем за окном замелькали знакомые пейзажи, и он притормозил, зная, что сейчас будет поворот на подъездную дорогу, ведущую к дому отца. Остановившись на парковочной площадке перед двухэтажным особняком, Джейк выключил двигатель, спрыгнул на заснеженный асфальт, захлопнул дверцу машины и взбежал по ступеням. Будь что будет, подумал он и позвонил в колокольчик.

Ждать пришлось недолго. Через несколько секунд дверь распахнулась, и Джейк остолбенел. Перед ним стояла она — женщина его грёз.

— Кэрол, ты как здесь оказалась? — не веря своим глазам, наконец спросил он вместо приветствия.

Но та, словно окаменев, смотрела на него, не в силах вымолвить ни слова. На ее лице не было ни кровинки.

— Может, впустишь меня в дом? — спросил Джейк. — Жуткий холод.

Все также не говоря ни слова, Кэрол посторонилась. Ее сердце гулко билось в груди: она сразу узнала Джейка Сандерсона, красавца с точеными чертами лица. Он действительно был необыкновенно хорош собой.

Кэрол постаралась подавить охватившее ее сильное волнение. В последний раз она видела Джейка два года назад в Бостоне на похоронах своего мужа Сола. Она до сих пор не могла забыть исполненный холодного презрения взгляд Джейка, когда тот подошел к ней выразить соболезнования.

— Джейк? — наконец прошептала ошеломленная Кэрол. — Что ты здесь делаешь?

— Скорее следовало бы спросить, что ты здесь делаешь, — проворчал Джейк, стараясь скрыть потрясение, которое произвела на него нежданная встреча.

— Я работаю у твоего отца, — ответила Кэрол и, заметив недоумение в глазах Джейка, объяснила: — Я его сиделка и экономка.

— Его сиделка? — изумленно переспросил Джейк, расстегивая куртку.

В полученном им недавно анонимном письме, автор которого настоятельно советовал ему срочно приехать в дом отца, ничего не говорилось о том, что тот нездоров.

— Да, мистер Сандерсон сломал бедро, — объяснила Кэрол, нисколько не удивившись, что Джейк ничего не знает о несчастном случае, произошедшем с его отцом. С тех пор как девять лет назад после долгой мучительной болезни умерла от рака мать Джейка, отец и сын почти прекратили всякое общение.

Именно поэтому Кэрол и согласилась поселиться в доме Майкла Сандерсона в качестве сиделки и экономки. Из-за сокращения штатов она потеряла место в больнице и стремилась найти хоть какую-нибудь работу.

— Когда это случилось? — спросил Джейк, небрежно бросив куртку на первый попавшийся стул.